Дочь палача и театр смерти

Магдалена видела, как благосклонно закивали некоторые из советников. Она была на верном пути.

– Теперь же мою сестру обвиняют в том, что она хранит вещи, якобы имеющие отношение к колдовству, – продолжила она. – Но…

Маттеус Бюхнер бросил на Рансмайера суровый взгляд и нетерпеливо забарабанил пальцами по столу:

– Доктор Рансмайер, держите себя в руках! Вы приглашены сюда в качестве свидетеля. Я дам вам слово, если захочу услышать ваше мнение. Вам ясно?

– Разумеется. Прошу прощения, ваша честь. Просто столь гнусные вещи приводят меня в бешенство.

– Альраун – весьма распространенное средство, – возразила Магдалена, стараясь говорить спокойно и рассудительно. – Возможно, он выглядит несколько необычно, но это не более чем корень мандрагоры. Еще великие врачи Гиппократ и Диоскорид восхваляли его целебные свойства. Он помогает при лихорадке и женских недугах, но прежде всего это превосходное обезболивающее средство при операциях. – Она покосилась на Рансмайера. – Возможно, господин Рансмайер и сам применяет альраун в своей практике. Я лишь хотела сказать, что…

– В некоторых случаях альраун действительно приносит пользу, это верно, – прервал ее Бюхнер. – Но в то же время это составляющая ведьмовской мази и других дьявольских зелий, и поэтому держать его палачам и знахаркам строго запрещено. Только врачам и аптекарям позволено его применять! Вам должно быть это известно.

Бургомистр открыл шкатулку, которая стояла на столе и до сих пор не привлекала к себе внимания. Он взял кончиками пальцев белый корень, который Магдалена уже видела сегодня утром у себя дома. Бюхнер с явным отвращением обратился к присутствующим:

– Разумеется, мы сохранили доказательства. Взгляните сами, что держала у себя эта ведьма. Уверен, мы сумеем доказать, что она собиралась использовать этот альраун для мази, которой смазывает свою метлу.

– Не думаю, – сухо возразила Магдалена. – Потому что это не альраун.

Маттеус Бюхнер взглянул на нее растерянно. На какое-то время он лишился дара речи.

– Что… что значит, это не альраун? – произнес он нерешительно.

– Именно это я и хотела вам сказать, – ответила Магдалена. – Это не альраун, а корень горечавки. Почтенный аптекарь Йоханнсон, конечно же, подтвердит это.

За столом удивленно забормотали. Потом поднялся седовласый аптекарь Магнус Йоханнсон, член Большого совета. Опираясь на трость, он прошел к Бюхнеру, взял дрожащими руками предполагаемый альраун и внимательно изучил, после чего обратился к присутствующим.

– Она права, – произнес он с удивлением. – Это корень горечавки. Превосходное средство при проблемах с пищеварением. Я сам чуть не каждый день продаю его в виде вытяжки или настойки. И держать его не запрещено.