Невинная для палача

Этими руками мужчина ласкал меня, а кого-то калечил.

Меня ведь тоже может, да? Если я что-то сделаю не так, если действительно разозлю… В какой момент моя жизнь станет для него не такой ценной?

– Кража по дурости, – продолжает зачем-то. Хочу закрыть уши, но слушаю внимательно. – Жрать захотел, вот и полез в магазин. Прогадал, там камеры стояли. Попал на зону для малолеток.

– Человека избили тоже по дурости? – фыркаю.

– Прежде чем ты начнешь жалеть этого уебка, позволь кое-что проясню. Утырок полез к малолеткам. Спаивал их, подкидывая дурь, а потом тащил к себе. Нарвался на ту, за которую было кому заступиться. Ему повезло, что живым остался.

– Это не повод махать кулаками. Если есть преступление, то сообщайте в полицию.

– Знаешь кто такой палач?

Я киваю. Мне кажется нет человека в мире, кто бы не знал такого простого определения. Только у нас такой должности не существует с прошлого века.

Валид отталкивается от бортика, широкими взмахами рук плывёт ко мне. Двигается быстро, акулой налетает на меня. Обхватывает мои щиколотки, а после резко тянет к себе.

Ухожу под воду с головой, тут же оказываюсь прижатой к мощному телу. Прохладная вода и разгоряченная кожа заставляют дрожать. Хватаюсь за шею мужчины, здесь глубоко. И пусть я умею плавать, но, кажется, мне этого не позволят.

Я понимала, что это произойдёт, а всё равно теперь теряюсь. Как на экзамене. Учила именно этот билет, но первые секунды – ступор. Так и с Хасановым.

Не знаю, куда деть руки, на что перевести взгляд. Будто саму себя теряю в это мгновение. В секунду, когда чужие пальцы зарываются в мои волосы – всё остальное меркнет."

"– Знаешь? – Валид напоминает, что ждет ответа. – Или мне рассказать?

– Палач это тот, кто убивает заключенного.

– Как скупо, Александра, – мужчина качает головой. – Ты же умненькая девочка, должна знать больше.

– Палач казнил или наказывал провинившихся. Исполнял приговор, который вынесли до этого. Он сам не решал. Только кто был судьей для того насильника, а?

– Не я.

Я непонимающе смотрю на мужчину, а тот пользуется возможностью. Прижимается к моим губам в коротком поцелуе. После касается подбородка, шеи. Сильнее натягивает мои волосы, я запрокидываю голову.

Этот как рефлекс, новообретенная привычка. Подставляться, понимать его приказы просто по движениям.

Свободной рукой Палач удерживает меня, не позволяя снова уйти под воду. Мокрая ткань липнет к телу, кажется, обнажает сильнее, чем если бы я сейчас была совершенно голой.

Пусть близость мужчины не вызывает отторжения внутри, но и расслабиться я не могу. Слишком сосредоточена на том, что сейчас узнала.

Если Валид выбрал этот разговор в качестве прелюдии, то у него чертовски извращенные вкусы. Потому что вместо возбуждения я чувствую только страх.