Невинная для палача

Ерзаю под ним, но Валид – бетонная плита. Придавил собой, лишая возможности двинуться. А меня распирает. Спазмами сжимаюсь, словно стараясь уйти от проникновения.

Но мужчина не позволяет.

– Догадываюсь, что не щекотно, – рычит. – Потерпишь, сейчас пройдёт. Никто ещё от этого не умирал.

– Ты не знаешь. Это… Я…

Мужчина проталкивает ладонь под мой затылок, удерживая. Поцелуем пытается отвлечь от пульсирующей боли, который становится только больше.

И у Валида… Получается. Губу пронзает тонкими иголочками от укуса, и всё внимание переключается. На жадные развязные поцелуи. На то, как мужчина поглаживает мою грудь. Куда ласковее, чем раньше.

Перед глазами пелена слёз, не различаю лицо Валида, когда тот отстраняется. Смотрит прямо на меня, делая новое движение. И тут же снова возвращаются плохие ощущения.

– Хватит, – прошу. – Валид.

– Не зажимайся, – велит. Мягко толкается глубже. – Можешь царапаться.

– Что?

– Царапай, кусай. Больно? На меня переноси. Толку от того, что я закончу, не будет. Всё уже произошло. Сейчас подстроишься под меня и снова кончишь, лапуль.

– Я не смогу!

– Разве? – губами касается моего уха, сам укладывает мою ладонь себе на спину. – Попробуй. Обещаю, тебе понравится.

Если Валид обещает, то выполняет. Он сам сказал. И я выбираю поверить ему. Изо всех сил стараюсь расслабиться, прикрываю глаза, когда мужчина касается моего лона. Пытается прогнать боль.

Я сама тянусь за новым поцелуем. Хочу чувствовать приятное, не плохое. Намеренно царапаю шею мужчины, видя, как в его черной бездне вспыхивают огоньки. Вот-вот сожгут меня.

Валид давит языком на мои губы, проникает внутрь резко, агрессивно. В одном ритме двигается. Врывается в меня. Языком, членом. Быстрее с каждым разом.

А после замедляется.

По-другому меня берет.

Неторопливо, медленно. И словно карамель растекается внутри. Липко и сладко, жутко приятно. Возбуждение нарастает, пощипывает под ребрами. По капли проникает в кровь, бросая меня в новый омут удовольствия.

С головой погружает.

И я тону.

Дурман окутывает все сильнее, плотным облаком ложится на меня. Все прикосновения мужчины – яд. Особый вид казни, выбранный Палачом.

Касаюсь спины Валида. Глажу, царапаю, впиваюсь ногтями. Чувствую, насколько мужчина напряжен. Все его мышцы свинцом забиты, дрожат от напряжения. Понимаю, как он сдерживается. Лишь изредка загоняет в меня член резким движением, а после снова тормозит себя.

Терпит.

Между ног ноет от его проникновений, но уже не так сильно. Боль смешивается с наслаждением, испаряется от жара, который охватывает нас двоих.

Температура в комнате поднимается, дышать нечем. Словно мы снова в сауне, кожа покрывается капельками пота. Только в этот раз мы сами создаем всё это.

Валид и я.

Соединенные в эту секунду.

Как одно целое.