Невинная для палача

Против воли, естественно. А она не хотела, она отбивалась. И не она кончала, прося большего.

Сука.

Нахуй.

Просто нахуй.

Сегодня я явно не в том состоянии, чтобы с этим разбираться.

Не хочет? Нахуй.

Будет дуться до конца жизни? Похуй.

Иначе я крышей поеду, если зациклюсь на этом. Вернемся домой, отправлю её в спальню подальше. И пусть делает, что хочет. До конца заточения не приду к ней.

Заебись будет.

Облегченно выдыхаю, когда подъезжаю к нужному месту. Особняк скрыт плотной стеной деревьев, немногие знают, что тут вообще что-то построили. И вокруг достаточно камер, чтобы знать о незваных гостях заранее.

– Это дом твоего друга? – Александра осматривается, хмурится. – Почему тогда ты тут не прячешься? Это выглядит безопаснее, чем дом на горнолыжном курорте. И никто тебя не увидит.

– Потому что я не собираюсь их посдтавлять.

И вовлекать в свои проблемы тоже. С побегом помогли, я благодарен. Людей дали, тех, кому я сам готов доверять. Но на большее я не рассчитываю. Если на дно идти, то только одному.

– Веди себя тихо, – выбираюсь из машины. – Не высовывайся. И рот лишний раз не открывай.

– Хорошо, – цедит. Все ещё дуется. Девочка, блядь.

– И если попробуешь что-то снова выкинуть – я нежничать больше не стану. Усекла?

– Уяснила.

Надеюсь. Потому что при остальных так просто не проигнорировать. Придется реагировать на то, как Александра показывает характер. А мне этого не очень хочется.

– Какие люди, – Рустам, хозяин дома, встречает нас первым. Хлопает меня по плечу, после присвистывает. – Ебать. Что ты с тачкой сделал?

– Дрифтовать в горах было не лучшей идеей, – отмахиваюсь, а девчонка рядом со мной напрягается. – Не вписался в поворот.

– Теряешь сноровку, Валид. Во всём?

– Поговори мне тут. Все наши в сборе?

– Давно, только тебя ждём. Но ты и дальше будешь делать вид, что рядом с тобой не стоит красотка? Не знал, что ты со своей компанией. Или так, в качестве подарка для наших?

Я страх Александры спиной ощущаю. Как напрягается. Звериное чутье всё ловит. Как пульс ускоряется, и нервное одергивание платья. Не вижу, но девчонку уже знаю. Выучил.

Чувствую, чтоб её.

Повисает тишина, которую разрывает сорванный вздох лапули. Боится. Правильно. Только гадко, пиздец.

– Сам бы такую дарил? – усмехаюсь, показательно притягиваю к себе девчонку. Расслабляйся, лапуль. Моя. Только моя. – В качестве подарка у меня виски в багажнике.

– Жлоб, – Рустам беззлобно поддевает. – Но ты бы предупредил, что не один. Потому что мы-то подгон сделали. Заказали девок. Думали, что ты после тюряги захочешь развлечься. Видимо, зря.

Бросаю взгляд на Александру.

Отворачивается.

Пытается незаметно из моих рук.

Ай, блядь, похуй.

Вот сейчас – уже достало.

Показательное отвращение Александры после всего – последняя капля.

В печенках сидит всё это.