Палач времен

— В принципе это могут сделать специалисты Центра нетрадиционной медицины у нас в России или в Мексике, там у меня есть друзья. Но мы с отцом считаем, что твой пси-резерв должен проснуться в естественных условиях, без технологической помощи.

— Почему же он до сих пор не проснулся?

— Ты не готов, сынок, — мягко проговорила Ясена. — Большие возможности — это прежде всего большая ответственность, твердая воля, способность предвидения каждого действия, великая доброта, наконец.

— Что же, по-твоему, я злой? — нахмурился Ивор.

— Ты добрый, обладаешь хорошей интуицией и даже бываешь тверд в намерениях, хотя отец называет это твое качество упрямством, но ответственности тебе еще не хватает. А природа не ошибается. Если она не дает прямого выхода к высотам знания и деяния, значит, так надо. Потерпи немного.

— Мы потерпим, — пообещала Мириам. — Я беру над ним шефство, если не возражаете. Он обязательно вырастет над собой и станет великим человеком.

— Не сомневаюсь, — проговорила Ясена, пряча сомнения на дне глаз. — Только не забывайте: чтобы добиться успеха в этом мире, одного стремления к цели недостаточно, нужны еще хорошие манеры.

Он перевел взгляд на Мириам. По ее виду нельзя было судить, поняла ли она намек мамы, однако Ивор почему-то был уверен, что поняла. В уме Мириам отказать было невозможно, как, впрочем, в красоте и решительности.

Они попрощались с Ясеной, выслушали ее напутствие тщательней продумывать каждый свой шаг, и Мириам в кабине такси пожаловалась спутнику:

— Я ей не понравилась. Как ты думаешь, почему? Наговорила лишнего?

— Во-первых, ты ей понравилась, — запротестовал Ивор. — Иначе она никогда бы не доверила тебе взять шефство надо мной. — Он улыбнулся. — Вообще ты меня иногда поражаешь. То ты совсем девчонка, то мастер воинских искусств, то серьезная дама-воспитательница.

— Спасибо, — фыркнула Мириам. — Серьезность — не всегда положительное качество. Как бы сказал мой папаня: серьезность — последнее прибежище заурядности. Чем ты еще меня утешишь?

— Во-вторых, мама беспокоится за меня и не хочет, чтобы я рисковал жизнью, что вполне естественно.

— Может быть. Моя мама тоже такая, хотя всегда мне все разрешала. Слушай, давай я тебя с ней познакомлю? Она сейчас на Марсе, в Зурбагане, строит какой-то завод.

— Нам же надо идти к Полуянову. Разве что потом, после встречи, если получится.

— Я совсем забыла о приглашении комиссара, — поморщилась Мириам, оглядываясь на пинасс, мчавшийся за их такси в некотором отдалении. — Летим ко мне домой, переоденемся в уники понадежней и пойдем к комиссару. Надеюсь, он расскажет правду о твоем отце и отдаст дриммер.

— Что-нибудь придумаем, — беззаботно махнула рукой дочь Ромашина.