Палач мафии

– Эй, Андрюха, я не понял, в чем проблема? – наигранно удивился главбандит. – Ты исполнил свой долг. И я не могу этого скрывать!

Кирилл посмотрел на Пыжика, как на последнее ничтожество, презрительно усмехнулся:

– Иуда!

Больше он ничего не мог ему сказать.

Какой смысл выпытывать у него всю правду. И без того ясно, как все было. Пыжик не знал, где Кирилл с Настей сняли квартиру. Но это нетрудно было выяснить. Через ту же самостийную риелторскую тусовку возле квартирного бюро.

– Какой же он иуда? – заступился за него Бекас. – Он классный пацан. А иуда – это ты!.. На ментов работаешь, гад!

Кирилл похолодел. Похоже, после шаха он сразу нарвался на мат.

– Что напрягся, сучий потрох! Думаешь, я не въехал, кто чистильщиков завалил? Твоя работа, мразь!

Бекас подался вперед. Видимо, хотел ударить Кирилла. Но вовремя вспомнил, что у того свободны ноги, отступил назад.

– Гонишь ты! Какие чистильщики? О чем ты?

– А вот баки мне заправлять не надо!.. Ты с Пыжиком вчера ночью по телефону говорил?

– Ну, говорил.

– Про Астафьева базар был?

– Ну, был…

– А ты о нем своей сучке Насте сказал?

– Не говорил…

– Пурги не надо!.. Ты хоть знаешь, что эта сука трахалась с Астафьевым как последняя блядь!

Верить этому уроду – себя не уважать.

– Ты думаешь, я тебе поверю?

– Да мне плевать, веришь ты мне или нет. Твоя Настя – конченая тварь. И я тебе это докажу! Не сейчас, позже… А сейчас ты мне расскажи, как ты пацанов моих на больничке замочил?

– Да не мочил я никого!

– А твоя сука говорит, что мочил! Ты думаешь, мы у нее не спрашивали?

Может, и спрашивали. Перед тем как усыпить. Но знать Настя ничего не могла. Потому что Кирилл ей ничего не сказал.

– Она сказала, что ты ночью куда-то уезжал, – продолжал давить его Бекас.

Вот это она могла сказать. И это не предательство. Просто она сказала, что было. Жаль, надо было ее предупредить…

– Ну, уезжал. К Пыжику на блядки погнал. Потом передумал, вернулся…

– Кого ты лечишь? – взбесился Бекас. – Может, ты скажешь, куда запасной ствол из машины делся? Тот, который с глушаком…

А вот это веский аргумент против Кирилла. На суде можно было опровергнуть эту улику. Но здесь свой суд. И оправдываться бесполезно.

– Ну что, козел, дальше отпираться будем? – с демонической радостью спросил Бекас.

Кирилл промолчал. Доказать он ничего не докажет. И пощады просить не в его правилах. К тому же это бесполезно. Если уж Пыжик его не пощадил, то что говорить про Бекаса…

Со стволом его Пыжик сдал. И про ночной разговор он рассказал. Все на нем сходится… Хотя что можно еще от него ждать? Он же бандит. А Кирилл принял его за товарища…

Кирилл посмотрел на Пыжика. Но взглядом встретиться с ним не мог. Тот упорно прятал глаза. Переживает. Стыдно ему.