Палач мафии

– А Бекас где?

– К больнице подтягиваемся. Там с ним встретимся.

– К больнице?

– Ну да, к первой городской. Ты, наверное, не слышал: вчера на Кешу Ржавого наехали…

– Кто?

– Да не поверишь – шпана подзаборная. Пацан домой шел, ну, под бухом слегонца. А у подъезда придурки обдолбленные сидят, на гитаре дринькают. Кеша мимо проходит. А они: мужик, типа, закурить дай. Ну Кеша и дал. Кулаком промеж глаз… Эти козлы должны были знать Кешу. Он же величина, второй бригадир после Сырка… Вернее, уже первый… Ну, короче, они-то знали. Но ни хрена не поняли. Наехали на него. Махач был. Кеша всех раскидал. А какой-то сосунок сзади к нему подкрался да камнем по башке. Черепно-мозговая, понял? Хорошо, хоть не наглушняк загасили. А ведь могли…

– Что с этими придурками будет?

– Да мало не покажется, это даже не разговор…

Кирилл представил, как «быки» из Кешиной бригады будут гоняться за малолетними недоумками. С одной стороны, им воздастся по заслугам. А с другой стороны, дело может дойти до смертоубийства.

– Борзеет молодежь, – сказал Кирилл. – Как бы новый Гвоздь из подвала не вынырнул…

Перед тем как сесть в машину, Кирилл, как всегда, достал из кобуры «беретту», дослал патрон в патронник. Сунул пистолет обратно. На предохранитель ставить не стал.

С точки зрения инструкции, это было вопиющим безобразием. Да, ствол так носить опасно. Зато в экстренной ситуации это безобразие может спасти жизнь.

К больнице они приехали первыми. Осмотрели подступы к зданию со стороны основного входа, вестибюль. Все было нормально. Узнали в регистратуре, где можно найти недавно поступившего больного Иннокентия Рыжова.

Минут через десять подъехал Бекас. В окружении трех телохранителей. Важный и неприступный. Гордый и независимый. Подлый и сволочной… Всякий раз, когда Кирилл видел его, перед глазами всплывала мертвая Анжела. И всякий раз у него невольно сжимались кулаки.

– Здорово, пацаны! – зычно поприветствовал их Бекас.

Все вместе они зашли в вестибюль.

– Где он лежит? – спросил шеф.

– В нейрохирургии, – сообщил Пыжик. – Седьмой этаж, направо. Четырнадцатая реанимационная палата…

– Что, совсем плох?

– Операцию ночью сделали. А как и что, надо у доктора узнать…

На седьмой этаж поднялись на лифте, триумфальным шествием прошуршали по коридору нейрохирургического отделения, зашли в четырнадцатую палату.

Кеша лежал в реанимации под аппаратом жизнеобеспечения. Верхняя часть головы в бинтах. В носу трубки. К руке подведена капельница. Глаза закрыты.

Рядом с ним и через проход лежали другие пациенты.

– Не понял! – набычился Бекас. – Что за дела?

– Это я вас спрашиваю, что за дела? – послышалось из-за спины.

К нему подошел молодой врач с проплешиной на голове.

– Я не понял, ты чо, наехал? – угрожающе надвинулся на него Бекас.