Палач из Галиции

Они взобрались на противоположный склон, снова ползали по траве. Пара брызг на стеблях мятлика, но никаких следов на каменистой почве.

В стороне заковыристо ругался Ткачук, направляя куда-то своих работников. Хоть работу пиши: «О роли крепкого слова в следственно-розыскных мероприятиях».

– Товарищ капитан! – донесся крик из лесополосы. – Здесь кровь. Еще окурки.

Офицеры пошли к дороге. Лесок был небольшой – пара десятков осин, жимолость, шиповник. Местность неровная, бугры, поваленное дерево. За паданцем ковырялись сотрудники Ткачука в светлой форме – прекрасные мишени в темное время суток.

Они посторонились, офицеры припали к земле. Пятачок за массивным стволом был идеальным убежищем. Землю здесь протерли несколько тел, валялись папиросные окурки, пара фантиков от карамелек, тряпка не первой свежести, испачканная кровью. При ближайшем рассмотрении это оказался подол майки.

– Все понятно, Лева, – пробормотал Алексей. – Здесь лежали бандиты, готовясь проникнуть в мою общагу. Центр города, но место укромное, патрули не ходят. Я свет включил, потом вырубил. Они полежали, покурили, двинулись к общаге через овраг. Не дошли, я в окне нарисовался, стали палить. А обратно тот, что выжил, через это же место бежал. У него пара минут была, пока я в овраге ковырялся и вы еще не прибежали. Лежал за деревом, рвал майку, кровь из него хлестала. Видимо, разбередил рану, пока сюда добрался. Это рука или плечо. Он разделся, кровь утер, другим огрызком наспех обмотался.

Серую рубаху из домотканого полотна они нашли в трех метрах. Бандит бросил ее под куст и втоптал в землю. Этот тип шел к дороге. Здесь трава примялась, отпечатались тяжелые башмаки.

Лева махнул рукой. Двое его сотрудников с оружием наготове припустили за ними. Осторожнее бы надо. Загнанный зверь опасен, особенно вооруженный.

Офицеры метались вдоль дороги, светя фонарями. Кровь в кювете, на обочине и на проезжей части. Раненый бандит перебрался через дорогу и ушел в перехлесты проулков частного сектора.

Вереница людей шла мимо заброшенной водонапорной башни. Следы вели в переулок. Капли крови украшали гигантские листья лопуха.

– Лева, где мы?

– Возницкий переулок. Здесь несколько дворов, впереди овраг. Есть тропа вдоль него, заворачивает в соседний проулок. Ходу, Алексей! Не уйдет он от нас.

Люди перебегали по одному, прикрывали товарищей. Огонь мог быть открыт с любого направления – из-за столба, из кустов малины. Во дворах гавкали собаки. Какая-то озверевшая ушастая тварь в бешенстве прыгала на ограду, заходилась лаем.

Оперативники выбрались к оврагу. Кровавые следы уходили вправо. Тропа, которую закрывали ветки кустарника, тянулась над балкой.

Брызги крови оборвались, когда они вышли на узкую улочку, обрамленную заборами.