Палач из Галиции

Черт, а вдруг разделились? Снова у меня нехорошие предчувствия. Уйдут… уже удрали! Эта чаща простирается на десятки верст, здесь можно вырыть сотню схронов».

Младшие командиры уже не видели своих подчиненных, орали, собирая их в кучу. Отряд распался на мелкие группы, люди не знали, куда идти.

Сотрудники СМЕРШа и люди Березина пытались вычислить направление движения банды, но следы разбегались в разные стороны, потом терялись. Настоящие лешие: лес – их дом родной.

– Товарищи, будьте осторожны, возможна засада! – выкрикнул Алексей. – Смотрите под ноги, остерегайтесь ловушек!

Не за горами были сумерки. Солнце уже зашло. Сводная группа на километр углубилась в лес.

Вдруг где-то слева, на северо-западе, разгорелась стрельба. Трещали немецкие «МР-40», взрывались гранаты, нестройно огрызались советские ППШ.

– Они здесь! – истошно завопил молоденький выпускник военного училища. – Все сюда! У меня двое раненых!

Солдаты бросились к нему сломя голову, всех охватил охотничий азарт. Они догнали очередное тыловое охранение. Теперь бандиты не уйдут!

– Возьмем их, командир, гадом буду! – прохрипел Газарян, украшенный кровавой царапиной над глазом.

Надрывал глотку старенький английский пулемет «Льюис». Бойцы залегали, ползли, производили залпы по команде. Они теснили врага, медленно продвигались вперед, в уплотняющуюся чащу.

Еще один труп с пулей в башке. Шапка слетела, макушка выбрита, только чуб болтался, как сосулька.

Вдруг за деревьями заблестел просвет.

– Вперед! Приготовить гранаты! – выкрикнул пехотный лейтенант.

Гремели взрывы, трещали выстрелы. Под оглушительное звуковое сопровождение красноармейцы выбегали из леса и растерянно вертели головами. Они уткнулись в крутой обрыв. Глубокий разлом в земле, в который прыгнуть отважится только самоубийца! Лес на другой стороне, острые камни на дне, справа и слева глухие кустарники. Никого!

– Всем рассредоточиться! – злобно прокричал Алексей. – Проверить кусты! Зачистить гранатами!

Их уже не в первый раз обвели вокруг пальца. Кравец не мог сдержать ярость, матерился, как сапожник.

По солдатам никто не стрелял. Лешие растворились в темнеющем пространстве. Их, видимо, было немного, двое или трое. Бойцы забросали гранатами кустарник, потом начисто обработали его из автоматов.

Глупо, провели их. Небольшая группа отвлекла внимание, а основной отряд вместе с Бабулой ушел своей дорогой. Те бандиты, которые подставились, видимо, пробились через кустарник. Теперь они уже далеко, петляют по лесу, как зайцы.

– Снова уделали нас, Леха. – Расстроенный Березин плюхнулся в траву, принялся ковыряться в пустой сигаретной пачке, яростно смял ее, швырнул в ни в чем не повинного красноармейца. – Неправильно мы воюем.

Но Алексей не хотел сдаваться.