Палач

Ухожу перекатом вправо, уклоняюсь ещё от одного удара прямо под собой, с треском проламываюсь сквозь кусты, вскакиваю, и…

И оказываюсь рядом с Майло.

Грохочущие раскаты обрываются, словно опускается невидимый звукопоглощающий барьер. Падаю на колени, пытаясь отдышаться, давно я себя так не загонял бегом. Сердце ошалелыми частыми толчками отдаётся в висках, выпрыгивает из груди, губы пересохли. Страшно хочется пить. Замечаю на кистях кровь, касаюсь лица и пальцы тоже окрашиваются красным. Чёртов щебень. Чёртов Майло. Чёртов… Резко оглядываюсь, изучая то, чего удалось избежать. И лишь усилием воли в последний момент сдерживаюсь от ругани. И от инстинктивного, ломающего волю, бегства. Не доставлю такого удовольствия Майло.

Большая часть каменных обломков на равнине словно испарилась. На самом деле это не так. Они собрались в центре, стянулись, словно мусор мощным пылесосом, трансформировавшись в поистине исполинское существо. Так вот кто хозяин этой агрозоны – голем. Точнее – ГОЛЕМ. Этот великан вздыбился метров на тридцать в высоту, попирая макушкой небо, и по очертаниям похож на поставленное вертикально веретено. Сотни, а скорее тысячи разнокалиберных камней, создающих его форму, постоянно находятся в хаотичном движении. Внутри, образуя сердцевину тела, тяжеловесно шевелятся и с треском трутся друг о друга огромные глыбы, каждая с небольшой холм. Снаружи в змеящихся голубоватыми молниями потоках энергии плавают мелкие обломки, образуя «кожу». Десятки щупалец-плетей из все той же перевитой молниями и насыщенной каменными обломками «плоти» беспокойно шевелятся вокруг основного тела, ощупывая равнину метров на пятьдесят вокруг чудовища.

Осознаю, что, не сходя с места, эта тварь едва не достала меня на самом краю агрозоны и снова усилием воли перехватываю желание попятиться. Но далеко не все глубинные реакции можно контролировать – по коже бегут мурашки, волосы встают дыбом. Дело не только в ужасающем впечатлении, которое производит этот монстр – вся равнина наэлектризована буйством изливающейся от него энергии.

До монстра сейчас метров двести, но он так велик, что даже отсюда, с моей точки наблюдения, видна системная информация:

Потеряв цель, монстр уже успокаивался, движения его ищущих щупалец становились более замедленными, а веретенообразное тело постепенно, метр за метром, оседало, грузнело, расплывалось, собираясь в скором времени снова развалиться в россыпь неодушевленных камней.

Майло встает рядом и с выжидательной ухмылкой посматривает на меня.

– В такие моменты больше ценишь жизнь, да, Зубик? Теперь понял, о чем я говорил? Наглядная демонстрация. Так что цену я себе не набивал…

– Да понял я, понял, Смайлик, – скриплю пересохшим горлом в ответ.

– Как слышал.