Большое зло и мелкие пакости

Цель была достигнута — Димочка окончательно уверился в том, что капитан идиот и, следовательно, опасен быть не может.

— Как правило, министры вообще не склонны вспоминать тех, кто учился с ними в школе, — продолжал он задумчиво и как будто про себя. Никоненко жевал, сделав безразличное лицо. — Странно, что Потапов приехал. Вот Маня Суркова для таких мероприятий вполне подходит. Ей все равно больше делать нечего. А тут как раз можно над чем-нибудь всплакнуть ненароком.

— Вы с ней хорошо знакомы? — спросил Никоненко, заглядывая в кружку.

— С кем? С Маней? — Димочка закинул за голову длинные руки и потянулся всем телом. Тело было ухоженное, красивое, лоснящееся, как у добермана. — С Маней я даже спал когда-то. Вам разве никто не сообщил? Это, по-моему, всем известно. Знаете, в молодости все кажется так просто: был интерес, пропал интерес. У меня пропал.

— А у нее?

— У нее? — удивился Димочка.

О ней он никогда не думал. Черт ее знает, пропал у нее интерес или нет! Зря он вообще заговорил об этом. Теперь этот прилипнет и не отвяжешься от него. Таких, как он, всегда тянет на сальные подробности.

— Знаете, — сказал он проникновенно, — давайте не будем об этом говорить. Мне неловко. Тем более Маня в больнице. Кстати, вы не знаете, как она? Жива?"

"— Знаю, — сказал Никоненко равнодушно, — жива. Правда, ее сегодня ночью чуть не прикончили, но пока жива.

— Что значит — чуть не прикончили? — переспросил Димочка и руки из-за головы вынул. — Как чуть не прикончили? Кому она нужна, чтобы ее приканчивать? Стреляли-то в Потапова!

— Нет, — сказал “Анискин” ласково, — мы тоже так думали и ошиблись, ошиблись, Дмитрий Степанович! В подружку вашу стреляли! Да и попали, собственно говоря, в нее. В нее стреляли, в нее и попали, все сходится!

— Во-первых… — начал Димочка медленно, пытаясь осознать, чем именно ему может грозить заскок, происшедший в неповоротливых милицейских мозгах. Конечно, никто и не думал стрелять в Маню! — Во-первых, она вовсе не моя подружка! — И зачем только он сказал, что спал с ней?! Проклятый характер! — А во-вторых, мне кажется, что вы не правы, господин…

— Никоненко, — подсказал капитан, нацеливаясь на следующий бутерброд, — капитан Никоненко. Говорят, у нее и сыночек ваш имеется. Или неправда? Врут люди?

Димочка изменился в лице. Было одно лицо, стало другое. Никоненко взглянул и вновь перевел взгляд на стол.

— Сыночек? — переспросил Димочка, чуть запнувшись. — Я ничего не знаю ни про какого… она когда-то говорила… Я не особенно слушал.