Падший

– Не ответит, если от тебя не останется ничего, за что можно мстить. – Шепот Джея больше похож на дыхание, чем на речь.

Майкл поворачивается к Никодиму:

– Вы ведь понимаете, что это значит, не так ли?

Дядя молчит.

– Вы обещали Братству, что не нарушите клятву, – говорит Майкл. – Десять лет назад вы поклялись, что никогда не приведете нового вампира в Новый Орлеан.

Никодим разворачивается и без слов исчезает во мраке.

– Вероятно, твоему дяде плевать на свои обещания, – говорит мне Майкл. – Но у меня нет причин скрывать от своей семьи правду о том, кем ты стал. Ты разрушил наше перемирие, Себастьян. – Он сжимает руки в кулаки, но не поднимает их. – То, что случится, будет всецело на твоей совести.

– А что случится, если мы расскажем твой секрет девушке, которую ты любишь? – мягко интересуется Одетта. – А что случится, если Селина узнает, что ты не тот герой, каким хочешь казаться? Что ты тоже часть мира, который она пожелала забыть?

Майкл не моргает, но сжимает челюсти.

– В таком случае в случившемся будет и ваша вина, мисс Вальмонт. – изгибает губы он. – Однако если вы причините Селине вред, вам придется отвечать передо мной.

Мне хочется шипеть. Я вскидываю руку, приказывая братьям и сестрам замереть, прежде чем они решат напасть. Никто не смеет оскорблять Одетту в нашем присутствии. Никто.

– Тогда безопасность Селины является твоей обязанностью, – говорю я с угрожающей улыбкой.

Он кивает.

– Что ж, тогда иди и гарантируй эту безопасность, – продолжаю я спокойно. – Уверен, это нетрудно. – Я наклоняюсь вперед, сунув руки в карманы. – И скажи, что Бастьян передает привет.

Злость захлестывает Майкла, его лицо мрачнеет, словно небо перед грозой. Он открывает рот, чтобы ответить мне, но потом меняет решение и отправляется вниз по лестнице.

Мэделин подходит и останавливается рядом со мной. Все мышцы в моем теле напряжены, словно я натянутая тетива. Я не двигаюсь и ничего не говорю.

– Ее воспоминания возвращаются, – тихо говорит Мэделин. – Как такое возможно?

Я не отвечаю. Потому что сам хочу знать ответ на этот вопрос.

Бастьян

Следующим вечером Арджун предусмотрительно дожидается момента, когда последний луч солнца исчезнет за горизонтом, чтобы постучать в мою дверь.

Я не отвечаю, но этириал поворачивает латунную ручку и входит без приглашения.

– Ты пойдешь со мной. – Это не просьба – его чопорный британский акцент ясно дает это понять.

Я сажусь и демонстративно свешиваю ноги на пол перед кроватью, откидывая бархатные портьеры в сторону. А потом кладу открытую книгу у одинокой свечи, горящей на прикроватном столике, и вскидываю брови, уставившись на Арджуна.

– Валерия Генри ждет тебя в своем магазинчике, – говорит Арджун, усаживаясь в резное кресло, стоящее в углу.