После падения

Лексический запас ее тоже пополнился; в этом, конечно, моя заслуга, теперь она может использовать его для того, чтобы осыпать мою задницу сравнениями в любых случаях жизни.

– Ты здесь тоже с родителями? – Голос у нее низкий и даже приятный.

– Нет… ну, типа того.

– Они являются кем-то типа родителей? – улыбается она.

Выражение «они являются» вместо короткого «они» тоже напоминает мне о Тессе. Я снова смотрю на девушку, чтобы убедиться, что она существует, а я не вляпался во что-то вроде диккенсовской «Рождественской истории» и она на самом деле – призрак, который пришел, чтобы преподать мне урок.

– Они – это моя семья и моя девушка. У меня есть девушка, кстати, – предупреждаю я.

Не думаю, что она заинтересована в таком парне, как я, но когда-то я думал то же самое и о Тессе.

– Хорошо… – говорит она."

"– Хорошо.

Я ускоряюсь, желая увеличить расстояние между нами. Поворачиваю направо, она тоже. Мы оба сходим на обочину, когда мимо проезжает грузовик, и девушка снова меня догоняет.

– Где она? Твоя подруга? – спрашивает она.

– Спит. – Я использую ту же ложь, что для отца и Карен.

– Хм…

– Что «хм»? – Я смотрю на нее.

– Ничего. – Она глядит в сторону.

– Ты уже прошла со мной половину пути. Если тебе есть что сказать, говори, – раздраженно бросаю я.

Она крутит что-то в руках, глядя под ноги.

– Я просто подумала, что ты пытаешься убежать от чего-то или спрятаться… не знаю почему.

– Я не прячусь; она велела мне проваливать, что я и сделал.

Что этот клон Тессы вообще может знать?

Она смотрит на меня.

– Почему она тебя прогнала?

– Ты всегда такая любопытная?

Она улыбается.

– Да, – утвердительно кивает она.

– Терпеть не могу любопытных.

Кроме Тессы, конечно. Хотя, когда она устраивает мне допрос, несмотря на всю любовь, мне хочется залепить ей рот скотчем. Она реально самый привязчивый человек, которого я в жизни видел.

На самом деле я вру. Мне нравится, когда она меня выспрашивает; раньше меня это бесило, но теперь все изменилось. Я тоже хочу знать о ней все… что она думает, что делает, чего хочет. И, к собственному ужасу, понимаю, что задаю гораздо больше вопросов, чем она…

– Так что ты мне хотел сказать? – напоминает девушка.

– Как тебя зовут? – спрашиваю я, уклоняясь от ответа.

– Лилиан, – представляется она и выбрасывает что-то, что держала в кулаке.

– Хардин.

Она заводит прядь за ухо.

– Расскажи мне о своей девушке.

– Зачем?

– Похоже, ты расстроен, и кому еще лучше излить душу, как не незнакомцу?

Не хочу с ней говорить: она слишком похожа на Тессу, и мне это не нравится.

– Не думаю, что это хорошая идея.

Солнце тут заходит рано, и небо уже почти черное.

– Хочешь держать это в себе? – спрашивает она понимающе. Слишком понимающе.