После падения

Мне тоже сперва не понравилась Лилиан, но со временем я начала относиться к ней лучше, хоть мы и не виделись со времени той ужасной прогулки на яхте.

– Вовсе нет.

– Тесса! Хардин! – восклицает Лилиан, едва зайдя в комнату.

Она улыбается, ее голубые глаза сияют. Я рада, что на Лилиан не то же платье, что и на мне, как было в первый раз, когда я встретила ее в ресторане в Сэнд-Пойнт.

– Привет, – улыбаюсь я ей.

Хардин кивает.

– Выглядишь превосходно, – сообщает Лилиан, осматривая меня снизу доверху.

– Спасибо, ты тоже.

На ней простой кардиган и брюки цвета хаки.

– О’кей, если вы обе закончили… – ноет Хардин.

– Рада видеть и тебя, Хардин. – Лилиан закатывает глаза, а он выдавливает из себя улыбку.

В это время Кимберли надевает туфли на шпильках и осматривает себя в большом зеркале над диваном.

– Смит – наверху. Мы вернемся не позже полуночи.

– Готова, милая? – спрашивает ее Кристиан.

Когда она кивает, он раскидывает руки и указывает на дверь.

– Мы едем отдельно, – объявляет Хардин.

– Почему? У нас есть водитель, – удивляется Кристиан.

– Я хочу поехать отдельно на случай, если мы захотим уйти раньше.

– Как скажешь. – Кристиан пожимает плечами.

По пути к машине разглядываю рубашку Хардина. Она похожа на его обычные выходные, но отличается тем, что покрыта еле различимыми рисунками животных.

– Ни слова! – рычит он, замечая мой взгляд.

– Молчу. – Я закусываю губу, чтобы не рассмеяться.

– Она ужасная, – ворчит он, отчего я хихикаю.

Джаз-клуб находится в деловой части Сиэтла. На улицах полно народу, как будто сейчас суббота, а не среда. Рядом с нашей машиной паркуется блестящий черный лимузин, и из него выходят Кимберли и Кристиан.

– Богатый сукин сын, – говорит Хардин, сжимая мое бедро.

Мы выходим из машины.

Бритый наголо охранник улыбается, снимает бархатный шнур с серебряной подставки и впускает нас. Кимберли проводит небольшую экскурсию по клубу, а Кристиан куда-то исчезает. Вместо столов тут серые каменные блоки, повсюду стоят черные диваны с белыми подушками. Все выдержано в разных оттенках серого, только на каждом столе стоит по вазе с красными розами. Играет приятный чиллаут.

– Затейливо, – закатывает глаза Хардин.

В черных джинсах и рубашке Кристиана он выглядит потрясающе красивым.

– Милое местечко, правда? – спрашивает сияющая Кимберли.

– Конечно, конечно, – отвечает Хардин.

Как только мы подходим к столикам, за которыми сидят посетители, он притягивает меня к себе.

– Кристиан – в VIP-секторе, – сообщает Кимберли. – Столик зарезервирован только для нас.

Мы направляемся в глубь зала, в зону, скрытую широким атласным занавесом. Там – небольшое помещение с черными занавесками вместо стен. В центре стоит большой камень, окруженный четырьмя диванами.