Падение Ворона

 – Давай за мать!

– Давай! Она духом крепче твоего Шамана! Без меня тебя растила, на мясокомбинате в убойном цехе работала, да еще рисковала, мясо на продажу выносила…

Они чокнулись и выпили.

– Ну, а что по теме скажешь? – спросил Ворон, когда отец успокоился.

– Скажу, что Пит Лисица вор авторитетный, он по союзному уровню проходит! И тему он замутил новую, она через два-три года выстрелит, как из пушки! Поэтому тебе там укрепляться надо, ты первый, кто по этой теме работает. Чем больше застолбишь за собой – тем лучше! Потому, что потом туда всякая шушера косяками потянется, и надо, чтоб ты им всем не по зубам был! А тут мы все отрегулируем! И Шамана на место поставим…"

"– Слышь, батя, а кто это у нас вдоль забора ходит? – вдруг сказал Ворон, глядя на улицу. – Раз прошел, два… Вроде рожу отворачивает, а сам сюда косится…

– Где? – Молот проследил за его взглядом. – Да хрен его знает. Не из наших. Какой-то фраер ушастый – Пит таких живьем закапывал.

– Думаешь, не по нашу душу?

– Не по мою, точно! – Отец встал, выдернул из крыльца топор, подошел к забору, выглянул за калитку, вернулся к столу, и разлил по рюмкам остатки водки.

– Слинял! Может, случайно зашел на Лысую гору… А может, и нет. Ты остерегись, на всякий случай.

– Ладно, пора мне. – Ворон положил на стол сверток с деньгами. – Это тебе подогрев. Лишним не будет.

Отец взял сверток, подбросил на руке, будто взвешивая.

– Пойди, матери отдай. Она домашний общак держит…

Отец остался курить, а Ворон зашел в дом. С кухни вкусно пахло: по молодости мать работала поваром и не только умела, но и любила готовить. Да и потом из принесенного мяса всякие вкусности стряпала. Чтобы не приедалось одно и то же. Услышав шаги, она вышла навстречу. На шесть лет младше отца, она, в лучшем случае, выглядела его ровесницей – женщины быстрее стареют. Особенно, если живут на Лысой горе с бывалым арестантом, который словно бульдозер наехал на молоденькую девочку Марусю и раздавил ее жизнь. Ранняя незакрашенная седина, морщины и выражение скорбной притерпелости на лице, иногда проскакивающие блатные словечки, татуировки… Сорокапятилетние крали, которые не нюхали тюремной баланды и все свободное время проводят в салонах красоты, выглядят совсем иначе – Ворон насмотрелся на них на пляжах Карны.

Маруся стояла у кухонного стола и длинным острым ножом пластала шмат мяса, который держала на весу другой рукой. Ровные, одинаковые по толщине полоски шлепались на разделочную доску. Это было похоже на фокус – никто не умеет так ловко разделывать исходный продукт.

– Сынок, через полчаса подойдут отбивные. А хочешь, я бефстроганов сделаю. Или жаркое. Оставайся! Можешь и заночевать у нас!

На миг Ворону захотелось так и сделать.