Падение Рыжего Орка

К пяти месяцам Марфа Тихоновна Тихая подошла здоровым жизнерадостным ребенком, с полностью соответствующим своему возрасту развитием. Но Варю все никак не отпускало состояние тревожной усталости.

А вот уже и полгода. В виде исключения без каких-либо капризов Марфа подарила родителям на свои полгода удивительный подарок. Варя просто глазам своим не поверила, когда сегодня утром дочь ей лучезарно улыбнулась, сверкнув парой аккуратных жемчужных зубиков.

А вечером были гости, вся семья. И все большое семейство Тихих, и Нина с Антоном и малюткой Машенькой, которая будет праздновать свои полгода через неделю после старшей кузины. И родители, и Колька с женой и дочерью, который подарил-таки племяннице барабан, и все, разумеется, дружно хохотали. И поздравляли их с днем рождения дочери — полгода, важная дата! И с новосельем, хотя дома еще кучу всего делать и делать. Но сидя за столом среди большой семьи, в роли хозяйки собственного дома Варя вдруг поняла — отпустило. Разорвался круг проблем. Они выстояли. И все стало хорошо. Как он и обещал.

Варя наклонилась и легко коснулась его плеча кончиками пальцев.

Сначала дрогнула рука, прижимая крепче дочь к груди — чтобы убедиться, что самое дорогое тут, у сердца. И только потом дрогнули ресницы, и он открыл глаза. Моргнул несколько раз растерянно.

— Ой… — спросонья голос его звучит еще ниже обычного. — Заснул, что ли? А мы это… качались-качались…

— И укачались, — улыбнулась Варя. — Я так и поняла.

— Что так тихо? — сообразил Тин. — Посмотрел на часы на стене. — Ооох…

— Да, гости все разъехались.

— Блин… — он вздохнул, потерся щекой о макушку дочери. — Неудобно получилось.

— Да ладно, все нормально, — Варя протянула мужу руку. — Давай, помогу встать.

— Перестань, — негромко фыркнул он. — Поможешь, ага. Я тебя в два раза тяжелее. Отойди лучше. Мы сами встанем.

Прижав перекладину кресла ногой к полу, он аккуратно встал, прижимая теперь Марфу двумя руками к себе. Судя по тому, как безвольно свисали ручки и ножки, облаченные в розовый комбинезончик, укачалась Марфа в компании папеньки качественно.

Тихон бережно переложил дочь в кроватку, укрыл пестрым лоскутным одеялом. И остался стоять около кроватки, положив обе руки на ее бортик.

Варя встала рядом, посмотрела искоса ни лицо мужа. На обосновавшуюся между русых бровей косую морщинку. На постоянно в последнее время упрямо поджатые губы. И вспомнила вдруг, как давно они не были близки. Очень давно. Последние месяцы беременности было не до того. После родов — тоже. Как-то, когда Марфуше было около трех месяцев, они попробовали. Но мысли у Вари были все равно с дочерью, и сама себе она казалась жутко непривлекательной, и тело реагировало как-то иначе. И в самый неподходящий момент проснулась Марфа.