Мир падающих звезд VIII. Железный человек

Она его присутствия на шкуре даже не заметила.

— Чего пристали? — обиделась Тварь. — Разбудили, скакать заставили голодную, ягодок поесть не дали! А теперь ещё придираются…

— Ладно, не галди. — Прежде, чем взять Тварь за повод, я накинул Доспех. — К колодцу пойдём, мыть тебя будем. Открой ворота, Землян.

— Да ещё чего! — возмутилась Тварь. — В колодце вода холодная. Я на речку пойду, сама искупаюсь.

— Угу. Чтобы яд по течению утёк, а я потом голову ломал, почему в деревне мор пошёл? Нет уж. Я из кухни горячей воды принесу, не замёрзнешь.

В кухне я обнаружил Марусю и Данилу, который зашёл по какому-то хозяйственному делу с утра пораньше. Узнав, что я собираюсь делать, оба страшно возмутились. Я же всё-таки барин, негоже мне, при живой-то дворне, самому лошадей мыть. Данила даже попытался отобрать ведро. Ха! Наивный. Отобрать. У меня. Ну-ну, удачи.

— Не, ребят, — сказал я. — Спасибо, конечно, да только Тварь перепачкалась в яде тварей. Я, конечно, верю, что вы будете тщательно соблюдать технику безопасности при работе с токсичными отходами, но лучше всё-таки сам.

Набрал воды, подхватил какую-то более-менее приличную тряпицу и вышел. Тварь ждала у колодца, смотря на меня мрачным взглядом.

— Ты лучше скажи мне, сивка-бурка, вещая каурка, с какой такой радости на тебя лягушки напали? Пошли к оврагу.

— Совсем, что ли? — ржанула Тварь. — Какая я тебе сивка-бурка, да ещё и каурка⁈ Я — вороная, чернее южной ночи!

— Откуда ж мне знать, что у этих сволочей в головах творится? Кинулись и кинулись.

— Ну, просто, ты же — тварь. И они — твари. Я думал, вы как-то заодно…

Мы пришли к тому самому оврагу, где когда-то по весне мы с Данилой прикопали Мандеста. Который потом восстал в виде упыря. И в результате там же мы его и сожгли. Место так и осталось осквернённым, Данила говорил, что рос тут какой-то не то фикус, не то берёза — в общем, оно сдохло. Я посчитал, что раз такая пьянка, то немного лягушачьего яда никак уже делу не повредит.

Начались помывочные работы. Земляна стояла рядом, старательно помогая эротическими танцами. В смысле, не то чтобы буквально. Просто она то и дело зевала, потягивалась, демонстрируя хороший прогиб, и взгляд мой постоянно на неё соскальзывал.

— Тварь твари — рознь, — заметила Тварь.

— Ну, это-то да. И что твари вместе не охотятся обычно, это я тоже знаю. Но всё-таки, если тварный вепрь, скажем, нарвётся в лесу на волкодлака или тварного медведя — они что, могут подраться?

— Да шут их знает, чего они там, в лесах, исполняют. Я за ними слежу, что ли?

— Ну хорошо. А ты-то, блин, откуда вылупилась такая нарядная?

— И того не знаю, — пригорюнилась Тварь. — Помню, что жеребёнком бегала по лесу, пока деревенские не забрали.

— Угу. Тебе, значит, доброе дело сделали, а ты всю деревню закошмарила.