В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

И я уже не могу сдержаться, пусть знает обо всех моих подвигах:

— Не знаю, говорили ли тебе, но за день до этого я добавил им в вино снадобья, и они часа три на дырках сортирных поносили. А некоторые не успели добежать.

Король смотрит с укором. А мне смешно. Через пару мгновений и на его лице прорывается улыбка.

— А они поняли, что это твоих рук дело? — Спрашивает деловито.

— Конечно, но не сразу.

Король вздёргивает брови.

— С девятью лучшими клинками Кусубата? Мой тринадцати циклов отроду сын? — Ахает, и начинает смеяться, уже не сдерживаясь.

Минуты три хохочет. А затем на выдохе:

— Узнаю в тебе Джуну, та ещё оторва. Была.

Тяжело вздыхает. Как — то даже жалко его. И я решаюсь спросить:

— А если бы она вернулась?

Вздыхает с дрожью, снова взирая через окно.

— Я бы всё простил, — отвечает с болью.

— Я найду её, — заявляю решительно.

Король тяжело вздыхает в очередной раз. Лицо становится серьёзным.

— Лучше займись своим образованием и подготовкой, — обрезает серьёзно, поворачиваясь ко мне. — Есть компетентные люди, или ты думаешь, я не задействую все возможные ресурсы Леванта? Я ценю твоё рвение сын.

Делает шаг и опускает руки на мои плечи.

— И быть может, теперь стал больше понимать, — добавляет, тяжело вздыхая. — И ты постарайся понять меня. Вы оба мои сыновья, и обоих я не хочу терять. Поэтому дай мне слово, сын, что не станешь больше перечить ему. И с его женой больше не будешь выяснять отношения. Оставь их. У тебя есть прелестная Нелли, чистокровная фелиска, которая уж точно проявит себя, и столько ещё возможностей впереди у такого красавца, каким я хочу только гордиться. Оставь Фейрата и Имиретту, смирись, отпусти.

Замолкает. Теперь я вздыхаю тяжело. Хочется зареветь, вот так просто завыть. Но я держусь.

— Как же понимаю тебя, сынок, — шепчет король и обнимает крепко.

И я поднимаю свои руки, обнимая в ответ.

Не понимая только одного, как он понял??

— Обещай, — слышу над головой.

— Обещаю отец, — давлю из себя с неимоверными усилиями.

Целует в макушку. А внутри только ещё больше горечи.

Отпускает.

— Всё, иди. Тебе обедать пора, — говорит напоследок, моргая часто.

Киваю с комом в горле, разворачиваюсь и быстро удаляюсь из зала. В коридоре наплывает глухота, так я понимаю, что нас вряд кто мог подслушать за магическим заслоном, который сотворил не иначе как сам король.

Выскакиваю в холл, где толпится полсотни гвардейцев по обе стороны от стены.

— На вас лица нет лорд, отчего же? — Ржёт свинорылый, стоя в первых рядах.

— Ну что, бастард, отбываем? — Смеются другие. — Получил ремня, по делом...

— А ну заткнулись!! — Кричу на них. И долблю здоровенными морозными шарами в обе толпы прямо под ноги, вкладывая всю мощь."

"Снаряды по полметра в диаметре взрываются мощно, ударяясь об пол.