В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

У Изабеллы генетика не в том направлении. Явно, что акцент на грудь, как у мамы. У человеческих женщин в основном так: либо попа, либо грудь. У фелисок точно нет. Нелли у меня и с попой охренительной и с сиськами великолепными, вот только не даёт...

А здесь другое! Возможное и запретное. Очень сексуальна как обстановка, так и девица.

Попа хоть и не большая от природы, но ягодичные мышцы у Изабеллы раскачены отлично. Вдобавок, небольшой каблук приподнимает формы, добавляя тонуса.

По три красные полоски на булках, одна слева хорошо воспалилась.

Вторую булку домазываю, и расставаться не хочется. А надо! Усилием воли прерываю сладостный контакт.

— Готово, — выдыхаю и тут же спохватываюсь: — тканью не смажь только. Аккуратно расправь, не касаясь.

— Лучше сами, мне не видно, — раздаётся нежный голосок. И мой таз обдаёт волна томного жара.

— Хорошо, — отвечаю на выдохе и указательными пальцами сверху над ягодицами подцепляю ткань трусиков. Оттопыриваю тугую белую ткань, расправляя. Всё ниже и ниже аккуратно веду, накладывая на масленые ягодицы. Не могу отказаться от соблазна подсмотреть. Уже в конце чуть больше отвожу и заглядываю. Края двух долек сжатых со светлым пушком. В горле пересыхает, член колом! Но долго держать не могу, заправляю всё, как было, на письку ткань ложится, между булок утопает стреч.

Юбка падает нетерпеливо, отшатываюсь. Пока выпрямляюсь,ощущая критическую тесноту, оборачивается и она! Пунцовая, глазища горят, ротик приоткрыт. Чуть на парту облокачивается, глядя диковато, и ещё одну пуговицу на рубашке прямо при мне расстёгивает. У меня слов нет, я с возбуждением пытаюсь справиться. А Изабелла, край рубахи отодвигает, левую сиську демонстрируя сочную! Сосок прям на меня смотрит, сиськи из разряда, где много мяса снизу. Пышные, чуть опущенные из — за тяжести."

"— А здесь намажете, господин профессор? — Говорит нагло!

— Не понял? — Строю из себя дурака.

— За соски меня грубо щупали во время поединка, хочу и там ласки в качестве компенсации.

— Понятно, — хмыкаю, ощущая, что в коридоре уже кто — то ходит.

Тянусь, улавливая испуганный взгляд и некую решительность. Пуговицу ей застёгиваю обратно. Отдёргивается!

— Что вы делаете, профессор Кристиан! — Вскрикивает вдруг девка со злорадством в глазах.

Так, понятно.

В коридоре суета, дверь входную толкают.

— Помогите! — Кричит Изабелла с победным выражением на лице.

А я, даже не дёргаясь и почти не глядя, являю ледяной щит прямо в двери! На всю её высоту, впаивая и стопоря врывающихся. Бах! Девка вздрагивает, вскрикивая. Сыплются ледяные осколки на пол, дверь примерзает, приоткрывшись лишь на несколько сантиметров. Вряд ли меня увидели.

— Ну и сука же ты, — говорю хищно. — Вся в мамашу.