Королева в ожидании

Фрейлины говорят, что во Франции королевские дамы пользуются услугами акушеров, а не повитух. Якобы, акушеры искуснее… И для женщины это безопаснее. Но у меня будет принимать роды повитуха. Я не хочу, чтобы сэр Дэвид Гамильтон помогал мне.

– Я тоже не хочу.

– Мне придется побранить этих дам.

– Они желают тебе добра, но ты их все же побрани.

– Я чувствую себя карашо… очень карашо. И я хочу поговорить с тобой о премьер-министре.

– Да, что такое?

– Он просит аудиенции. По-моему, он предпочел бы служить тебе, а не королю.

Глаза у принца засияли от удовольствия.

– Конечно, ты должен сказать, что нам надо быть осторожными."

"– О да, мы должны быть осторожными.

– Если король узнает, что премьер-министр говорил с тобой о делах, то очень рассердится. Он моментально вернется из Ганновера.

Принц кивнул, но глаза у него триумфально засверкали.

– Эти недели в Гемптоне прошли удивительно хорошо. Принц опять кивнул.

– У меня была возможность часто видеть тебя. Ты показал им, каким будешь королем.

– А ты – королевой. Каролина положила руку на живот.

– Ох, я должна носить детей. Для женщин это главное.

– Но я всегда буду делиться с тобой, Каролина, своими мыслями. Нет никого, с кем бы я мог говорить так, как с тобой.

– Ты очень добр ко мне. Нам надо быть осторожными с Тауншендом. Не послать ли за ним сейчас? Я оденусь, и мы можем принять его на галерее королевы. Ты согласен?

Принц с жаром кивнул.

– Мне кажется, король хочет, чтобы Англия приняла участие в войне. Как ты думаешь, это будет хорошо для Англии? Для Ганновера – конечно, хорошо, но вот для Англии… Народ не хочет войны. Как ты считаешь, стоит Англии объявлять войну, пока ты являешься блюстителем и заместителем короля?

– Нет, это плохо. Я не позволю.

– Я так и думала, что ты не позволишь. Сейчас я позову своих фрейлин и присоединюсь к тебе. Я пошлю сказать Тауншенду, чтобы он пришел на галерею.

* * *В длинном свободном платье, скрывавшем, что она почти на сносях, Каролина прогуливалась по галерее королевы, находясь между принцем и премьер-министром.

Тауншенд говорил:

– Англия никогда добровольно не вступит в войну ради интересов Ганновера.

– Да, этого нельзя делать. Ни в коем случае! – поддакнул ему принц.

– Меня радует поддержка Вашего Высочества, – продолжал Тауншенд, – потому что кабинет министров такого же мнения. Эскадру в Балтику послали вопреки моему совету. Тогда заявили, мол, это надо, чтобы защитить нашу торговлю. Но на самом деле наша торговля не нуждалась в защите. Защитить хотели Бремен и Верден… в интересах Ганновера.

– Ганновер должен сам сражаться за свои интересы, – провозгласил принц.

– Король так не думает.

– Король – дурак, – выпалил принц. Каролина и премьер-министр потупились.