Мёртвое озеро

Он пускает в ход ту малость, которой располагает, чтобы удержать меня, и хороший адвокат – как, допустим, тот, у которого практика в Ноксвилле, – разнесет состряпанное им дело в пух и прах, даже не вспотев, особенно если учесть наличие под рукой Сэма Кейда… Боже, в этот момент мне даже немного жаль Престера.

Но не настолько, чтобы задерживаться. Через секунду я уже за дверью и мчусь через маленькую приемную Нортонского полицейского управления. Замечаю офицера Грэма, занятого какой-то бумажной работой, и, когда я проношусь мимо, он поднимает взгляд. Я не приветствую его ни кивком, ни улыбкой; все мое внимание сосредоточено на двери комнаты отдыха. Она сделана из прозрачного стекла, закрывающие ее жалюзи свисают под углом, и в просвет я вижу Ланни и Коннора, которые сидят рядом за белым квадратным столом и без малейшего энтузиазма подъедают попкорн из стоящего между ними бумажного пакета. Я делаю вдох, потому что облегчение, которое я испытываю, видя их живыми, здоровыми и невредимыми, причиняет мне физическую боль.

Открываю дверь и переступаю порог. Ланни вскакивает так быстро, что ее стул отъезжает назад по кафельному полу и едва не опрокидывается. Она бежит ко мне – и вспоминает о том, что она старшая, как раз вовремя, чтобы не кинуться в мои объятия. Коннор пролетает мимо него и повисает на мне. Я неистово обнимаю его одной рукой, вторую оставив для Ланни, и она неохотно следует примеру брата. Чувствую, как болезненное облегчение начинает проходить, сменяясь чем-то более теплым, живым, нежным.

– Тебя арестовали, – говорит Ланни приглушенным голосом, уткнувшись в меня, но потом чуть откидывается назад, чтобы посмотреть мне в лицо. – Почему?

– Они решили, что я могу быть в ответе за…

Я не довершаю мысль, и дочь делает это вместо меня.

– За эти убийства. Конечно. Это из-за папы. – Она произносит это так, словно это самый логичный вывод в мире. Может быть, так и есть. – Но ты этого не делала.

Коннор тоже слегка отстраняется и жалуется:

– Мам, они пришли и забрали нас! Я сказал, что мы не должны уходить из дома, но Ланни…

– Но Ланни сказала, что мы не будем встревать в дурацкие перебранки с копами, – подсказывает моя дочь. – И мы не стали встревать. И кроме того, они вообще приходили не за нами. Просто не могли оставить нас там одних. Я заставила их пригнать сюда наш «Джип», чтобы мы могли потом добраться домой.