Озерные страсти

И принесло же эту идиотку на велосипеде не вовремя. Хотя… Полицейским этим ничего расследовать в поселке не дадут, это понятно. Вон они сидят ниже травы тише воды, попытались было опросить жителей, да какое там – так, снизошли баре, позволили прислуге своей вопросы позадавать, предварительно проинструктировав ту, что и как можно говорить и нужно отвечать.

Никто бы его не вычислил и не нашел, да и искать не стал бы, тем более что следов он никаких не оставил, все проверил, обо всем позаботился…

Если бы не эта старая сука Алевтина!

Вот с ней он напортачил. Сорвался. Да потому что достало его все! Достало! Такое ощущение, что его обложили со всех сторон и загоняют, как дикого волка. Суки! Суки!

Эта старая карга! Он все продумал, рассчитал, и никто бы ее никогда не нашел, но она… твою мать!

Ну вот как так, а? Сплошной облом и непруха.

Ну ничего, ничего. Он и с бабкой не подставился нигде и ни в чем. Нечем его привязать к этому делу, он позаботился, перестраховался.

Осталось только с девкой разобраться. Но он сделает все очень аккуратно. Ничего, он дотошный и терпеливый, дождется удачного момента. Это все ерунда, не его проколы и просчеты, а просто глупое, неудачное стечение роковых обстоятельств.

Устал он что-то. Перепсиховал сильно.

Но ничего, закончит с этим делом, поставит последнюю точку и улетит в Италию отдыхать, нервы подлечить, расслабиться. Или лучше на Лазурный Берег. Не важно, решит куда, главное, дело закончить, хвосты подчистить – и свободен.

Никто его не вычислит и не найдет, потому что это невозможно.

Вообще смешно наблюдать за тем, что, где и кого они пытаются найти.

Ну-ну, ищите. Бог в помощь.

Анна привычно проснулась совсем ранним утром, потянулась прямо в кровати, с тем исключительным удовольствием, что испытывает хорошо выспавшийся человек, которого не мучили никакие дурные сны и бессонница, и поняла, что чувствует себя превосходно – никакой головной боли и легкой слабости, периодически напоминавших о себе последние два дня.

Поднялась и вышла на балкон. Стояла, слушала тишину, с наслаждением вдыхая прохладный утренний воздух, и так ей хорошо сделалось, радостно на душе – ну какая же красота вокруг, господи боже мой, не налюбуешься, сколько ни смотри. И этот воздух, насыщенный хвойными и цветочными ароматами, фитонцидами, как их называют ученые, и этот великолепный начинающийся рассвет, уже чуть тронувший розовыми бликами верхушки сосен на вершинах скал.

Ведь как прекрасно, как хорошо.