Ответный темперамент

Студенты раздражали глупостью и ленью, заведующий кафедрой Алексей Аркадьевич, ровнейший человек, общение с которым никогда не доставляло затруднений, казался жутким педантом и занудой. Хорошо еще, что лекций у нее сегодня не было, только занятия языком в группах. Ольга никогда не читала лекций без воодушевления, считая это непорядочным по отношению к студентам, но воодушевиться сегодня по поводу работы она не смогла бы, кажется, даже под угрозой смертной казни.

Она вылетела из аудитории в ту же секунду, как прозвенел звонок, и опрометью бросилась к выходу из института.

И снова ее остановила телефонная мелодия, донесшаяся со дна сумки.

«Это он звонит. Что-то у него переменилось, и мы не встретимся», – холодея, подумала Ольга.

Звонил Андрей. Ольга вздохнула с облегчением.

– Оля, ты не могла бы ко мне приехать? – спросил он.

– Зачем?

Она сама расслышала, что ее голос прозвучал испуганно. Ну да, она же в самом деле испугалась.

– Есть одно дело. Так как, можешь?

– Прямо сейчас?

– Да.

Ольга уже готова была сказать, что у нее еще продолжаются занятия, но вспомнила, что Андрей знает ее расписание. Конечно, знает, потому так уверенно и просит ее приехать прямо сейчас. Если бы он этого не знал, Ольга отказалась бы не задумываясь. И даже то, что она ни разу в жизни ему не солгала, ее сейчас не остановило бы.

Но он знал каждую минуту ее жизни. Всей ее прежней жизни…

– Куда приехать? – упавшим голосом спросила она.

– Да к факультету подходи. Я тебя во дворе буду ждать. За полчаса успеешь?

– Да."

"Факультет психологии, основное место работы Андрея, находился прямо напротив Кремля, за «Националем», в лучшем, как считала Ольга, комплексе зданий МГУ. В лучшем потому, что здесь был настоящий университетский квартал, такой же, как двести лет назад, и даже перемены последних бурных десятилетий мало его коснулись – он оставался оазисом простоты и естественности посреди ставшего чересчур лощеным Центра.

Андрей сидел у входа, на лавочке под кленом, и смотрел вверх, в ярко-синее небо, перечеркнутое золотыми листьями и бронзовыми кленовыми «самолетиками». Да, клены уже выкрасили город колдовским каким-то светом – так пел когда-то Высоцкий, а Ольга с Андреем слушали его на допотопном магнитофоне с большими бобинами.

Воспоминание об этом кольнуло Ольге сердце так болезненно, что она поморщилась. Это было счастьем наяву и осталось им же в воспоминаниях. Безмятежным и честным счастьем.

Но сейчас ей не хотелось никаких воспоминаний. Ей хотелось поскорее освободиться от неожиданного свидания с мужем.

– Что случилось? – спросила Ольга издалека, еще только подходя к лавочке.

– Да ничего. – Андрей встал и пошел ей навстречу. – Хочу тебя кое-куда пригласить.

Ей почему-то показалось, что лицо у него виноватое.