Ответный темперамент

Я, помню, как только узнала, что беременна, тут же стала приданое закупать. Вижу возле «Детского мира» очередь – и сразу в хвост становлюсь, а только потом интересуюсь, что дают.

Ольга произносила все это, не глядя на Сергея. Она не хотела выдать себя – ей вдруг показалось почему-то, что она может заплакать. Ни с того ни с сего.

Он молчал.

– Но вам ведь, наверное, жена целый список составила, что для ребенка надо купить? – чтобы как-нибудь нарушить это молчание, спросила Ольга.

– Нет, – ответил Сергей. – Она и сама не знает, что там для него надо. Она детдомовская у меня. Я ее пока готовить научил, сам таким асом стал, что хоть в ресторан поваром. Она у меня, когда бульон варила, то курицу из него выбрасывала. Нам же, говорила, суп нужен, а не курица вареная. Представляете?

– Когда ее выписывают? – помолчав, спросила Ольга.

Ей тяжело было слышать, как он говорит «она у меня», и она рассердилась, поймав себя на таком ощущении.

«Что за бред? – подумала Ольга. – Он же о своей жене говорит, как же ему ее называть? Она ему ребенка родила!»

– В пятницу, – ответил Сергей.

И снова замолчал. Ольга слышала все чувства, которые были в его молчании, так ясно, как если бы оно было пронизано не безмолвием, а словами.

Это были очень простые и очень сильные чувства.

«Я не хочу расстаться с тобой сейчас. Я не могу. Побудь со мной еще хоть немного».

Она боялась взглянуть на Сергея – боялась, что он произнесет это вслух.

– Я могла бы вам помочь, – не глядя на него, поспешно сказала Ольга. – Помочь купить, что надо для ребенка.

«Что я несу? – мелькнуло у нее в голове. – При чем я к его ребенку?»

Она подумала, что в ответ на ее слова Сергей недоуменно пожмет плечами. Но он сказал:

– Спасибо.

Его голос звучал ровно, совсем без интонаций. Она наконец взглянула на него. Губы у него стали белые, как будто ему не хватало воздуха.

– Мы можем поехать сейчас, – сказала Ольга.

– Да.

Его машина стояла возле площадки. Это была такая же поезженная «девятка», как та, на которой Ольга училась водить.

«Не надо вести его в дорогой магазин», – подумала Ольга.

Она думала о практических вещах. Он открывал машину, заводил, выезжал на дорогу, то есть тоже совершал какие-то вполне практические действия. Но и за ее словами, и за его действиями стояло только одно: нежелание, невозможность расстаться. Они оба хватались за все, что могло отсрочить расставание.

Магазин, в котором продавались вещи для младенцев, был неподалеку, возле спорткомплекса «Олимпийский». Ольга знала его, потому что недавно покупала от кафедры подарок для методистки Аннушки, которая родила дочку. Это был не слишком дорогой магазин – редкость для московского центра.