Ответный прием

Экзамен – это такое напряжение, что, если случится рецидив его заболевания? Помните, в прошлый раз его сердце едва выдержало. Боюсь, как бы в этот раз не стало хуже.

– Думаете, не стоит идти на экзамен? – Богданов понял, что полковник пытается донести до него важную мысль, и весь обратился в слух.

– Нет, нет, пусть идет. Просто сами будьте наготове. Подготовьте врачей, чтобы они его подстраховали. Если что-то пойдет не так, ваш племянник уже не выкарабкается.

– Не выкарабкается? Я обещал ему поддержку, если он согласится на экзамен. Все-таки он мне небезразличен. – Подполковник попытался донести до Старцева, что обещал Хустову послабление за добровольную помощь.

– Боюсь, вы поступили опрометчиво. Я сам врач, видел такое не раз. Экзамен для вашего племянника может оказаться роковым.

Богданов помолчал, переваривая информацию. Старцев давал ему указания убрать Хустова, если того потребует дело.

– Еще что-то? – спросил Старцев.

– Да, есть одно мероприятие, которое нам необходимо посетить, – начал Богданов. – Шикарное место, очень важное для вас и ваших родственников. Я заснял на пленку каждый уголок, только вот не знаю, как переслать вам снимки. Отпечатать фото получится слишком накладно. Быть может, привезти пленку с собой? Если бы кто-то из ваших родственников подъехал сюда и забрал ее, было бы чудесно.

– Думаю, лучший вариант, если вы захватите пленку с собой, – выдержав долгую паузу, ответил Старцев. – На данный момент мне некого к вам послать.

– Значит, предпочитаете, чтобы мы с племянником привезли ее сами, без вашей помощи?

– Племянника брать с собой не нужно, – с нажимом произнес Старцев. – Вы же знаете, мистер Шульц, как негативно относится к нему моя старушка-мать. Оставьте его там, где он всегда хотел быть. Надеюсь, вы меня понимаете?

– Понимаю, мистер Сакрионе. – Богданов подтвердил, что понял повторный приказ на ликвидацию Хустова. – Только боюсь, без племянника фотоснимки переправить будет не с кем, а они, повторюсь, очень ценны.

– Справляйтесь сами, мистер Шульц, в такие короткие сроки я вам помочь не смогу, – ответил Старцев. – Если будет возможность выждать дней пять, тогда может быть. Но думаю, на такой долгий срок вы там не останетесь.

– Хорошо, мистер Сакрионе, я вас понял. Не болейте и ждите нашего возвращения.

Богданов положил трубку и тихо выругался. С Хустовым не выгорело, это означало только одно – живым в Москве его не ждут. Раз Старцев говорил об этом так уверенно, значит, вопрос в верхах уже решен. И насчет переброски обратно в Москву Старцев в помощи отказал, хоть и понял, что на руках у группы Богданова серьезные материалы.

– И что прикажете мне делать? – вслух произнес Богданов.

– Плохие новости? – спросил вошедший в комнату майор Дубко.