Отверженная

Я уже было представляла те ужасные мысли и догадки, что появляются в голове Максима, как услышала его растерянное:

— Ну что же… Как бы там ни было, ты мне понравилась. Все еще хочешь уехать со мной?

Хотела ли я быть рабыней самого адекватного из самых неадекватных хозяинов? Естественно. Было что-то в глазах парня, улыбке, манере разговора и походке, что явно давало понять — он не так плох, как хочет себе казаться. И если уж суждено стать кем-то бесхребетным, то пусть это будет рядом с ним.

— Хочу. — вяло прошептала я, а затем быстро согрелась от теплой улыбки Абрамова. Он протянул ко мне ладонь и вытер слезы, а затем помог сесть и поправил волосы. — Очень хочу!

— Тогда скажи мне свое имя, Черничка? — подмигнув, спросил он.

Это было так мило и нежно, что я растерялась. Слишком резкий перепад. Но мне помог Шакалов. Его энергетика, словно ядовитая змея, заползла в единственную добрую минуту этого дня и отравила резкими словами:

— С чего это ты решил, Макс, что девушка твоя? — он вопросительно посмотрел на брата и лишь мельком взглянув на мое лицо, буквально выплюнул: — И не смей звать ее Черничкой.

— Не понимаю… — Максим замер и сведя брови на переносице, схватил меня за руку, словно кто-то пытался забрать. — У тебя есть невеста беременная, которую украли. Зачем тебе Чер… она?

— Тебя это не касается. Не переоценивай свою значимость. — я видела, как вытягивается лицо Шакалова и не могла избавится от мурашек по всему телу. Странный человек, один взгляд — ты повержен. Хотя что уж говорить про простые гляделки, если одна его энергетика была настолько подавляющей, что буквально осязалась воздухе… Шакалов коснулся локтя Абрамова, той руки, которой он удерживал меня, а затем слегка наклонившись вперед, прошептал с остатками спокойствия: — Я купил ее и хочу опробовать товар. А ты сейчас встаешь и уходишь. Мой дворецкий проследит, чтобы ты не остался под дверью, а дошел до машины. Уяснил?

Конечно, Абрамов не был так морально силен, как Шакалов. А самое главное — совсем не был глуп. Он отпустил мою руку и встал. Его шаги были медленными, словно против воли, когда взгляд не отрывался от меня.

— Мне очень жаль. — тихо шепнул он мне, а затем с призрением посмотрел на брата и холодно попрощался. — Когда ты предложил свою ставку, я думал ты хочешь помочь мне выкупить девушку. Ведь несмотря на то, какая ты мразь, тебе всегда удавалось хранить семейные ценности. Но ты разочаровал меня, Шакал. Очень.

Меня слегка подташнивало, кружилась голова, да и колени подкашивались, но я просто не могла проводить Абрамова сидя на полу. Пусть на минуту, но ему удалось подарить мне веру в то, что новый мир вокруг — не так ужасен.

Абрамов выскочил из комнаты так быстро, что я не успела моргнуть и глазом.