Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле

Поляну окружали папоротники в два моих роста. За ними высились какие-то хвойные деревья. Профессиональное чутьё биолога услужливо подкидывало информацию об окружающем мире, а я пыталась не потерять сознание… Снова.

По щеке текла кровь из неглубокого пореза на виске. Сорвала пару листьев и тщательно вытерла лицо. Рядом со мной валялся походный рюкзачок с аптечкой «скорой помощи». Достала хлоргексидин, ватный тампон и смыла спёкшуюся кровь. Тщательно протёрла руки. В лесу сгущались сумерки, а значит, скоро ночные хищники выйдут на охоту. Нечего дразнить их аппетитным запахом.

То, что это был первобытный лес, причём в прямом смысле этого слова, не было сомнений. Оставалось найти ответ: как в нём очутилась я, жительница двадцать первого века?

Привычка учёного-биолога анализировать всё вокруг помогла справиться с паникой, захватившей сознание. Дурнота, накатывавшая удушливой волной, потихоньку отступила. Все версии оставим на потом, а пока надо найти безопасное убежище. Повезло, что «местные» обитатели не встретились, и лучше попытаться отложить наше знакомство на как можно более долгий срок. Подозреваю, подобное рандеву закончится для меня только одним: стану главным блюдом на чьей-нибудь пирушке.

Попыталась встать на ноги, колени предательски дрожали, и каждый шаг давался с трудом. Может, меня опоили чем-то в треклятом племени, куда мы приехали?

Ладно, все домыслы на потом. Сейчас надо выбираться из этого леса или искать убежище на ночь."

"Пригнувшись к земле, практически на четвереньках, пробиралась по зелёному ковру, устлавшему почву. Палые листья и вьюны приглушали звук шагов, но я всё равно передвигалась медленно, боясь наступить на сухую ветку. У ночных охотников крайне чуткий слух.

Или эти придурковатые аборигены унесли меня от нашего лагеря и бросили? Опять не давала покоя мысль о том, как же я очутилась здесь? Да нет, растительность не африканская.

Ползём дальше. Хоть бы какая нора или канава попалась, где можно переждать до утра. Если сверху прикрыться листьями папоротника, те чуть приглушат мой запах.

Сумерки сбежали, оставив после себя кромешную тьму. Полог леса был затянут сплошным зелёным шатром, ни единого луча света. Ни луны, ни звёзд. В отдалении раздавались странные писки и шуршание, словно кто-то мелкий перебежками пересекал лес. Я замерла, прислушиваясь.

Шорохи стихли в отдалении.

Переждала пару минут и только занесла ногу для очередного шага, как воздух буквально сотрясся от настолько грозного рыка, что я упала на пятую точку, прикрыв голову руками. Мамочки! Что за зверюга может так голосить?!

Стараясь не шевелиться, просидела скрючившись минут пять. Мысленно дала себе затрещину: укрытие не найдено, и потому надо двигаться дальше, пока громкоголосый не учуял меня.