Отвергнутая невеста генерала драконов (СИ)

— Я понял, — оборвал его Айдан. — Я все понял.

Он смочил чистую белую тряпицу, вытер мне рот и щеку, убирая ненавистные капельки слюны.

— Все будет хорошо, милая, — потянувшись, он коснулся губами моего виска. — Прости меня, что недосмотрел. Прости, что допустил. Это моя вина, целиком моя.

— Гасм... — попыталась я произнести имя того, кто им нужен.

— Что она говорит, Айдан? — настойчивее спросил Вегарт.

— Не могу разобрать, — мой дракон склонился надо мной еще ниже.

Я попробовала снова произнести это проклятое имя, но в этот момент скрутило желудок. Закашливаясь, я выла от боли.

Айдан крепко держал меня помогая.

Над ним медленно проступали очертания призрака. Максен вглядывался в мое лицо. Его губы зашевелились.

«Спи, сестра... Я покажу тебе все. Они уже идут по его следу. Барсы учуяли кровь»

Сглотнув, я закрыла глаза. Мое сознание словно толчком провалилось в темную вязкую бездну.

— Рьяна... — встревоженный голос моего дракона — это последнее, что я различила.

Глава 73

Туман. Вязкий, молочный. Находясь в нем, я силилась разглядеть хоть что-нибудь вокруг, но улавливала только звуки. Голоса. Айдан, его тихие уговоры потерпеть еще немного. Ощущение влаги на щеках и груди. Он обтирал мою кожу. Во рту снова появился привкус горечи, а следом — вода. Меня отпаивали. Вегарт произнес что-то озлобленным тоном, но я не разобрала. Морган ворчал. Темный со всеми его недостатками остался мне верен. И стоило этой мысли сформироваться в моей голове, как туман заклубился и в нем возникла брешь. Она стремительно увеличивалась.

Коридор. Такой знакомый. Кажется, я оказалась в своем крыле дома. Но... Все здесь было несколько иным. Не тот цвет у стен, темные доски на полу. Моргнув, различила впереди силуэт Максена. Призрак обернулся, поманил меня рукой и тихо приоткрыл тяжелую дверь в комнату. Я легко узнала ее. Спальня родителей. После их смерти, именно в эти покои я и перебралась. Там мне было легче, будто они находились рядом.

Сейчас же в полумраке сидели двое. Женщина в ночной сорочке со спящим младенцем на руках на постели, а мужчина — молодой и холеный — рядом на кресле. Образ Максена словно растекся и призрак обернулся ребенком лет десяти. Он снова взглянул на меня и замер, спрятавшись за той самой дверью. Он подслушивал взрослых.

— Морган, пора бы уже и забыть былое, — слышался тонкий голос матушки. — Ты все так же наивен. Это начинает раздражать."

"— Ты была моей невестой, Гвена! Ты клялась мне в любви! Когда появился он, я отступил, потому как ты умоляла не связываться с фером. Говорила, что ты его истинная и нам будет выгоден такой союз. А теперь ты родила от него второго ребенка и просишь меня все забыть? Забыть свою любовь? — Я легко узнавала голос темного, вот только было в нем что-то иное. Злоба, ненависть.