Леди из охотничьего домика, или Отвергнутая жена

Ха, как будто до развода я хоть раз получала эти деньги!

Следующим этапом напоминания о своих правах стало требование разрешить прогулки с дочерью в саду. Доротея шипела и плевалась ядом, но потом уступила под давлением Ойгена, осыпающего проклятиями всех подряд. Пока Майеры соглашались на всё ради спокойствия Линды, которую я больше не встречала ни разу после того скандала в коридоре, стоило этим пользоваться. А заодно вычислила, где находится её комната. Честно говоря, если бы не вынужденное переселение, ей было всё равно на мой приезд, однако по-другому ни Ойген, ни Доротея поступить не могли. Да, даже оставив Линду в поместье под предлогом, что аннулирование брака стало для неё сильным ударом, пошатнувшим здоровье, уступить ей комнату жены барона, было нельзя. Даже удалив всю прислугу со второго этажа и поручив им уборку в определённые часы, а не когда кто-то из членов семьи Майер покидал свои комнаты, скрыть, кто где живёт, невозможно. Лишние слухи никому не нужны, хотя мне все эти меры напоминали мышиную возню, которая ни к чему не приведёт, но Ойген и Доротея имели своё мнение на этот счёт.

По этой же причине по дому Линда практически не передвигалась, принимала пищу только у себя, на улицу не выходила. При ней находились неотлучно только выделенные слуги, которым еда также приносилась отдельно. В общем, Линда оказалась вынужденной пленницей собственного положения. Да и по моим расчётам, мне свободой наслаждаться недолго осталось: вот-вот настанут заморозки, и даже подкладывание подушки под платье не спасёт, чтобы поддержать легенду – беременных же в благородных домах не принято выпускать на улицу, когда скользко, дабы избежать вероятности несчастного случая, который может привести к потере наследника. А о том, что Ойген в ближайшее время объявит о моём «интересном положении», у меня не было ни малейших сомнений, не просто же продумал эту чудовищную комбинацию с подменой.

С одной стороны, хорошо, что он ко мне даже на расстояние вытянутой руки не приближался, а с другой, так и не удавалось с ним поговорить. Все мои попытки не увенчались успехом: бывший муж, которого действующим у меня язык не поворачивался назвать, то торчал у ненаглядной Линды, сумевшей всё-таки каким-то образом убедить его не посылать людей к брату для разъяснения истории про выкидыш, то торчал в кабинете, заперевшись на ключ изнутри. Похоже, что выплата компенсации семье Вайлет сильно ударила по благосостоянию Майеров, раз Ойген настолько закопался в документах.