Развод. Отвергнутая жена дракона

— Не хочу вешать на вас наши семейный проблемы.

За этот короткий разговор я пропиталась к девушке теплотой. Такое бывало редко, но иногда смотришь на кого-то и понимаешь, он послан тебе не просто так. И с нойрой я испытывала именно эти чувство. А потому искренне произнесла:

— Я готова вас выслушать. Знаете, жрецы, как братья, а жрицы, как сестры. И к сестрам нередко приходят с душевной болью.

Девушка бросила на меня неуверенный взгляд, и я ответила ей теплой улыбкой. Это и правду было важно — поделиться с кем-то своей бедой. Утешение нередко находилось в самой обычной беседе.

— Что ж… — вдохнула нойра и потерла лоб. — Это касается моей сестры. Быть может, вы заметили, что Эталиа просто одержима нором Цевернеш?

— Да, такое… Сложно не заметить, — проговорила я ответ, вспоминая свою пощечину.

— Да, — вздохнула Валенсия. — Но очевидно, что нор лишь использует ее. Он сговорился с отцом о том, что… — она нахмурилась, видно осознав что сболтнула лишнего. — Впрочем неважно. Главное то, что он воспринимает Эталию, как пешку в своей игре. Он не сделает ее счастливой. А она почему-то верит в «долго и счастливо», — девушка изобразила кавычки в воздухе и закатила глаза.

Не зря меня посетило чувство, что Валенсия послана мне не просто так. Совершенно не зря!

— Знаете, увидит она его истинное лицо потом или сейчас, но ей все равно будет больно, — сказала я.

— Лучше сейчас, чем потом. Сейчас у нее все еще есть шанс найти себе доступного спутника, но после их свадьбы… Кто осмелиться развестись с императором? — зло усмехнулась она и покачала головой. — Я ненавижу отца, который зная все… Согласился на этот фарс.

Девушка насупилась. Я же распрямилась и посмотрела прямо на нее, почти не веря в то, как удачно все складывалось. Вейяр говорил, что без союзников не выиграть ни одну битву. Что ж… Кажется соратника я себе нашла.

— То, что я скажу вам сейчас покажется безумием, — произнесла я, тут же привлекая внимание Валенсии. — Но… У меня есть старые счеты с нором Цевернеш, которые я хочу свести.

Мне не нужно было даже продолжать. Понимание мелькнуло в глазах девушки еще до того, как я договорила последнюю фразу.

— Вы хотите сказать, что… — на губах ее показалась широкая улыбка, и она вдруг схватила меня за руки и сжала мои пальцы. — Невозможно! Неужели молитвы Прародителю все же работают?! Всю ночь я вчера молилась о том, что он даровал Эталии озарение, и приходите вы!

Но потом, осознав, что сделала, она в священном ужасе отпрыгнула от меня и пробормотала:

— Прошу прощения… Не хотела трогать вас без разрешения.

Я рассмеялась ее непосредственности.

— Это правило в основном распространяется на первое прикосновение, — поспешила успокоить я ее, а потом протянула ей руку.