Белый вождь. Отважная охотница.

Где мой храбрый сын? Зачем умер мой муж? Подлый пес оскорбил наш дом... Будь они здесь, ты не ушел бы живым, собака! Убирайся!.. Убирайся к своим красоткам, к своим девкам! Убирайся вон!..

– Проклятая фурия! Убери этого пса... убери пса!.. Эй вы там! Гомес! Где у вас пистолеты? Пристрелите его! Скорее! Скорее!

Пустив в ход саблю, доблестный комендант наконец-то добрался до своей лошади. Сержант Гомес прикрывал его отступление.

Ноги Вискарры были порядком искусаны, но все же ему удалось кое-как взобраться в седло.

Сержант разрядил оба пистолета, но так и не попал в собаку. Видя численное превосходство врага, пес повернулся и побежал в дом.

Лая больше не было слышно, но когда комендант уже сидел в седле, из дома донесся насмешливый хохот. Такой звонкий, серебристый был этот смех, что комендант сразу понял: это смеется над ним белокурая красавица Росита.

Досаде коменданта не было предела, он с радостью приказал бы своему отряду занять ранчо, он потребовал бы голову этого пса; одно удерживало его – страх, что тогда солдаты узнают причину его позорного бегства. А испытать такое унижение ему вовсе не хотелось.

Итак, он вернулся к своему отряду, отдал команду, и все двинулись в обратный путь, в город.

Вискарра недолго ехал во главе улан; злоба и разочарование душили его, и, отдав кое-какие распоряжения сержанту, он крупным галопом поскакал вперед.

Вид всадника в синем плаще, который направлялся к дому Роситы (Вискарра узнал молодого скотовода дона Хуана), разумеется, не мог успокоить разозленного коменданта. Вискарра не остановился, не заговорил, но, смерив дона Хуана злобным взглядом, продолжал путь.

Он не сбавлял хода и натянул поводья только у ворот крепости.

Лошадь, задыхаясь, тяжело водила боками – ей пришлось расплачиваться за всю горечь и злобу, которые терзали его хозяина.

Глава XXIII

Как только все стихло, Росита выскользнула из дому и поглядела в щель изгороди. Она опять услышала, как затрубил трубач и хотела убедиться, что незваные гости уехали.

С радостью она увидала, что уланы уже довольно далеко и направляются в другой конец долины.

Она вбежала в дом и сказала об этом матери, которая уже снова сидела в углу и невозмутимо курила свою трубку.

– Подлые негодяи! – воскликнула старуха. – Я так и знала, что они уйдут. Достаточно было старой женщины и собаки... О, был бы здесь мой храбрый Карлос! Он бы проучил этого заносчивого ачупино, показал бы ему, что мы не так уж беспомощны! Ха! Карлос бы ему показал!

– Не думай больше об этом, мамочка. По-моему, они не вернутся. Ты их напугала, ты и наш храбрый Бизон. Какой он молодец!.. Да, но я не посмотрела – может быть, он ранен, – прибавила она, поспешно оглядывая комнату. – Бизон! Бизон! Сюда, мой славный пес! Иди, у меня кое-что есть для тебя.