Белый вождь. Отважная охотница.

Я вывел его из этого затруднения, задав ему следующий вопрос:

— Что за человек этот мистер Холт?"

"— Как вам сказать, сэр. Он из тех, с кем, как говорится, лучше не связываться.

— Неужели?

— Да, с ним трудно иметь дело.

— Он беден?

— Уж куда бедней. У него только и есть, что старая кляча и акра два земли. Да и та не его.

— Так, значит, он не покупал участка, на котором живет?

— Покупать-то не покупал, сэр, да считает его своим, как будто платил за него наличными, как я за свой.

— Вот как!

— Да. Я бы не позавидовал тому, кто купит эту землю у него за спиной, — сказал он и многозначительно посмотрел на меня, словно спрашивая: «Не это ли дело привело вас сюда?»

— А семья у него есть? — продолжал я.

— Есть… дочка.

— И больше никого? — спросил я, увидев, что он замялся.

— Была еще одна дочь, немного постарше…

— И что с ней случилось?

— Она… она уехала.

— Вышла замуж, по-видимому?

— Здесь никто ничего не знает. Даже куда она уехала.

Голос молодого человека вдруг стал печальным. Я заметил, что лицо его омрачилось. Мне сразу стала понятна причина этой грусти: резкая перемена в настроении молодого охотника была несомненно вызвана разговором об уехавшей дочери скваттера. Из чувства деликатности я не расспрашивал его дальше, к тому же тропа снова сузилась и мы опять были вынуждены ехать гуськом. Охотник стал нетерпеливо понукать свою лошадь, и я почувствовал, что ему хочется прекратить разговор, по всей вероятности вызвавший горькие воспоминания. В течение получаса мы ехали в полном молчании. Мой спутник вновь погрузился в раздумье, а я старался представить себе встречу со скваттером. После разговора с охотником не приходилось сомневаться в том, что она будет чрезвычайно неприятной. Нечего было надеяться, что Холт примет меня приветливо и позволит переночевать в его хижине. По-видимому, мне предстоял малоприятный разговор и ночевка в лесу. Раза два я чуть было не рассказал моему спутнику о деле, приведшем меня в Суомпвилл, и не спросил у него совета, как мне поступить. Но, не зная, друг он или враг моего предполагаемого противника, я решил, что благоразумнее будет промолчать.

Вдруг молодой охотник снова заговорил, уже более веселым тоном. Он сказал, что скоро дорога улучшится, так как мы приближаемся к лесной поляне, за которой тропа достаточно широка, чтобы ехать рядом. Едва мой спутник кончил говорить, как мы выехали на эту поляну. Контраст между нею и оставшейся за нами темной тропинкой был разителен и производил самое приятное впечатление. К этому времени полная луна поднялась уже высоко над лесом и заливала своим сиянием все вокруг. Осыпанные каплями росы цветы сверкали подобно драгоценным камням; их опьяняющий аромат доносился до нас, когда мы еще ехали лесом.