Сто оттенков страсти

Лена настаивала, чтобы мы купили самое шикарное платье, как просил Роман, но я категорически отказалась тратить баснословную сумму денег на наряд, который больше ни разу никуда не надену. Мы взяли самое дорогое, но напрокат.

— Катя, а зачем целоваться, если горько? — негромко спросила Лиза.

Притвориться, что не слышала? Вот бы сейчас Алмазов пришел на помощь, но он, как и я, делал вид, что оглох.

— Я не люблю горькое, — продолжала малышка. — Катя, ты поэтому съела все мое мороженое, чтобы тебе рот не жгло?

«Мороженое я съела, чтобы тебе меньше досталось, а еще надеялась немного протрезветь и не реагировать так на поцелуи Ромы». - подумала я, а сказала совсем другое:

— Да, малышка. Спасибо тебе, что заказывала так много сладостей, без них я бы все это не выдержала, — специально для Алмазова громко произнесла я.

— А Рома не ел мороженое. Он, наверное, перченое любит, — озвучила свои выводы Лиза.

— Та права, принцесса, — развернулся он опять к нам. — Я очень… очень люблю перченое, — смотрел он мне прямо в глаза, а я чувствовала, как начинает пылать мое тело. — Для меня такая горечь слаще меда.

«Вот же гад! Специально меня смущает!»

— Ел бы, не останавливаясь, — подмигнул он мне. Хорошо, что Лиза уже уснула и не слышала его заявлений, а то бы на нас обрушился новый поток вопросов.

Таксист оказался намного проницательнее шестилетнего ребенка, я заметила, как он довольно ухмыляется в свои пышные усы.

— Она уже спит, — проворчала я, недовольно косясь на водителя.

Рома намек понял и замолчал, отвернувшись вперед, а мое тело все не желало остывать.

Выйдя из автомобиля, поняла, как устала за эти дни. Ноги не слушались, я буквально заставляла себя идти.

«Вот бы снять туфли и пойти босиком!» — подумала я и продолжила шагать в обуви.

В нашем дворе ночью опасно и в обуви гулять, не то что босиком. Напиваясь, малолетки вечно бьют стеклянные бутылки из-под пива. Подметать разбитую тару приходится дворникам, которые по этому поводу постоянно высказывают жильцам.

Рома шел сзади, нес на руках спящую Лизу и перекинутую через плечо спортивную сумку со своей одеждой. Мне доверили нести рюкзак племяшки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я чувствовала на себе его взгляд… Такое ощущение, будто кто-то горячей ладонью проводит по моей спине. Нам предстояло впервые провести ночь в одном доме, и как бы я ни гнала навязчивые образы из своего сознания, перед глазами стояла картина, как он целует меня в подъезде.

У меня просто не осталось сил злиться на предательское тело, которое отзывалось на каждый его взгляд. Хотелось принять душ и уснуть.

В комнате мы с Ленкой оставили небольшой беспорядок.