Сто оттенков страсти

Алмазов не перебивал, ждал, что я еще расскажу."

"— Два дня она не отвечала на телефонные звонки, утром я собралась ехать к ним. Ночью того дня мне на почту пришло письмо от Наты, где она объясняла мотивы своего поступка. Она специально все скрывала, знала, что я не позволю ей так поступить, — вспоминать, что со мной тогда творилось, не хочу. Прорыдав всю ночь, утром отправилась на поиски Лизы, ведь тетка не дала адрес детского дома. На мои гневные письма она не отвечала, хотя регулярно проверяла почту.

— Не реви! — строго прозвучал его голос, но так, будто его мои переживания волнуют. — Ты своим водопадом не поможешь племяннице. Если ты сказала правду, Лиза ни в чем не будет нуждаться, — человек в Алмазове вмиг исчез, сейчас передо мной сидел бездушный адвокат. — Я обеспечу вас всем необходимым, но прежде чем оформить опеку, ты подпишешь определенные документы. Попробуешь выкинуть какой-нибудь фокус, Лизу я отберу, и ты ее никогда не увидишь, поняла?

От его угрозы стало реально страшно. Если Алмазов, что-то для себя решит, ни перед чем не остановится. Мне бы только Лизу забрать…

— Мне ничего не надо, — гордо заявила я.

— Тебе ничего и не предлагаю, — усмехнулся он. Встал из-за стола и поставил свою тарелку в посудомоечную машину.

— Я уберу, — предложила я.

— Как хочешь, — равнодушно бросил он и направился на выход.

— Почему ты приехал ночевать сюда, а не отправился в лоно семьи? К жене?



— Это не твое дело, — застыл он в дверях. — Вопросы оставь при себе. Я обещал помочь, я помогу… Больше тебе знать ничего не надо.

— Тогда и ты больше ни о чем меня не спрашивай. Будешь настаивать, не жди, что услышишь правду!

— Тон сменила! — резко обернулся он.

— И откуда в тебе столько заносчивости? Я тебя не боюсь!

— Да? Не боишься? — ухмыльнулся он недобро, но пока оставался стоять на месте, а я чувствовала себя загнанным зверьком. Смело смотрела ему в лицо, а внутри все дрожало.

«Что Алмазов задумал?»

Не успела я ойкнуть, как оказалась сидящей на столе с задранной почти до талии футболкой. Его руки удерживали меня за бедра. Чувствовала себя кроликом, которого хотел сожрать удав. Как бы я ни силилась, отвести взгляд не получалось, он словно меня заколдовал.

— Что ты делаешь? — голос дрогнул, выдавая страх, который я пыталась скрыть.

— Проверяю, твоя кожа и правда такая гладкая, или мне показалось. — его ладони медленно скользили по обнаженной коже ног, вызывали какой-то непонятный трепет во мне.

— Показалось! — попыталась сказать жестко, но не вышло, голос дрогнул. Опустила руки на его крупные ладони, отбросила их в сторону, хотя понимала, что Алмазов позволил мне это сделать. — Не смей! — вспомнив сестру, холодно произнесла.