Оттенки страсти

Так голодному неприятно, когда его начинают потчевать сладким желе вместо того, чтобы предложить хороший кусок мяса с хлебом. Но, будучи по натуре человеком скромным, он в глубине души даже корил себя за то, что находит женское общество слишком пресным и совершенно неинтересным, а самих женщин считает малообразованными особами. «Какой же я педант и зануда», – ругал он себя, не в силах удержать зевоту на очередном коктейль-пати и вымученно улыбаясь очередной остроте, которая лично ему казалась совсем не смешной и даже не вполне уместной. Но было и еще одно обстоятельство. По правде говоря, в глубине души маркиз откровенно побаивался современных красавиц. И это человек, снискавший безусловное восхищение всей мужской половины высшего света личным мужеством на фронте и бесспорное уважение достижениями в других областях, в том числе в спорте, где его имя уже давно стало нарицательным.

К тому же Питер испытывал откровенную неловкость от чересчур раскованных, по его мнению, манер нынешних девиц. Услышать ругательство из уст молоденькой девушки? Пожалуйста, сколько угодно. Причем восклицание типа «черт возьми» будет самым слабым в этом ряду. Его коробило и даже возмущало, как легко и со знанием дела представительницы слабого пола обсуждают вопросы секса, как они разгуливают по городу без чулок, зато с сигаретой в зубах. А от некоторых так разит табаком, что никакой, даже самый крепкий, парфюм не в состоянии перебить этот мерзкий запах. Не то, чтобы он был ханжа или уставший от жизни резонер. Однако в присутствии таких прелестниц он мгновенно терялся, а следом терял и дар речи. А потому чаще всего маркиз предпочитал помалкивать, сидя где-нибудь в укромном уголке, а еще лучше вообще как можно реже показываться в высшем свете. Да и что там интересного, в самом деле? Одна пустая суета, сплетни, скандалы, слухи, словом, все то, что не стоит внимания серьезного человека.

И вдруг Мона! Красивая юная девушка, еще не испорченная средой, еще переполненная романтическими идеалами и благородными порывами, как же резко она отличается от всех остальных девушек, с которыми ему доводилось встречаться раньше. Оказывается, есть на свете девушки, с которыми можно вести вполне серьезные разговоры, и при этом они не кокетничают, не строят тебе глазки, пытаясь мимоходом завлечь в свои сети, не надоедают бесконечными просьбами принести тот фужер или подать этот бокал. За весь вечер Мона вообще ни разу не прикоснется к спиртному, зато с готовностью посмеется твоей веселой шутке и сама с удовольствием сострит, но без тени вульгарности или намека на что-то низменное.