Оттенки страсти

Темно-карие глаза смотрят на нее с легкой, но не обидной насмешкой. Красиво очерченный рот, но губы плотно сжаты, сильная челюсть. Нижняя часть лица явно компенсирует некоторую беспечность всего облика. Общее впечатление какой-то развязности, впрочем, ничего отталкивающего. Молодой человек иронично улыбался под ее пристальным взглядом.

– Твой верный раб, Ундина! Царица, победившая ночь!

Неловкость первого мгновения прошла, и Мона весело рассмеялась этой напыщенной шутке.

– Скажем так: твой верный соучастник преступления.

– А сейчас, моя богиня, нам надо возвращаться назад в Лондон. Пора опускаться с небес на грешную землю в царство сплошного материализма и будничных дел.

Молодой человек нажал на акселератор, и машина лихо сорвалась с места. Вскоре они выехали на шоссе. Свежий утренний ветерок приятно бодрил и отгонял сонливость. Новый день начался.

Лондон встретил их первыми утренними хлопотами. Город просыпался, стряхивал с себя ночные сновидения, чистился и приводил себя в порядок.

Подъехав к особняку леди Дэшли, они услышали, что там все еще громыхает оркестр. Усталые музыканты из последних сил пытались потрафить нескольким неуемным парам, все еще продолжающим танцевать, и это после танцевального марафона, длившегося ночь напролет. Мона решила, что не стоит привлекать к себе излишнего внимания, а потому вернулась в дом не через парадный вход, а прежним путем. И снова ее провели через анфиладу комнат в этом диковинном особняке, правда на сей раз она успела разглядеть старинную резную мебель и не менее старинные гобелены, висевшие по стенам. А вот и юная маркиза с ее веселой улыбкой. Мона невольно замедлила шаг перед уже знакомым портретом.

– Наверное, ей бы тоже понравилось наше ночное приключение, – сказала она, обращаясь к молодому человеку.

– О, да! Эта женщина просто обожала приключения. Пожалуй, это был ее единственный недостаток: страсть к приключениям. Ее молодость прошла при дворе. Знаете, французский двор обожал не только шик. Озорство и веселые проказы там тоже были в чести. Правда, многим проказникам сполна доставалось от своего короля. Но они стоически сносили королевскую немилость. Маркиза, кстати, приняла мученическую смерть во время революции, спасая своего любовника. Но на гильотину она поднялась с гордо поднятой головой и небрежной улыбкой на устах. Впрочем, должен сказать вам, моя дорогая Ундина, маркиза всегда была исключительно земной женщиной. В ее жилах текла вовсе не голубая, а самая что ни на есть алая кровь, не имеющая ничего общего с холодным эликсиром бессмертия, который, как известно, струится в телах фей.

Молодой человек бросил на Мону внимательный взгляд.