28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Политрук Василий Клочков, в бушлате со звездой на рукаве (он не любил длиннополые шинели), наклонился над телом.

– Василий Георгиевич, – вытирая пот с лица, проговорил сержант Петренко. – Прикончат нас эти гробы на гусеницах. Попроси помощи у артиллеристов.

Вся артиллерия, которая имелась поблизости, состояла из двух старых горных пушек с короткими стволами. Для борьбы с танками эти пушки были малопригодны из-за низкой скорости снарядов, но против «ганомагов» с их броней в 12 миллиметров вполне бы пригодились.

Быстрый и порывистый Клочков на бегу предупредил капитана Гундиловича:

– Я к пушкарям. Может, прикатим одну «трехдюймовку». Надо бронетранспортеры укоротить. Башку не дают поднять.

Командир роты кивнул. Он знал, что его молодой напористый политрук решит вопрос. Сам капитан обходил окопы (хорошо, что соединили их неглубоким ходом сообщения).

Рота вела огонь, несмотря на пулеметные трассы, густо летевшие из бронетранспортеров. Головной из них приблизился метров на сто семьдесят. Второй, более осторожный, держался поодаль.

«Еще танков не хватало! – с досадой подумал капитан. – Тогда вообще худо придется».

Основной танковый удар, устремленный на Волоколамск, немцы нанесли левее. По свидетельству очевидцев, в нем участвовали свыше сорока машин. Скорее всего это были не только танки, но и бронетранспортеры, броневики и вездеходы с пулеметами.

Там продолжался бой. Конечно, никакие гранатометчики не смогли бы остановить эту массу бронетехники. Корреспонденты явно перестарались, описывая, как бойцы гранатами уничтожают один танк за другим.

У генерала Панфилова имелась, хоть и немногочисленная, артиллерия, и он умело использовал ее. Иначе танковый таран не был бы остановлен.

Но у капитана Гундиловича и его 4 й роты была своя задача – удержать двухкилометровый участок обороны. А на холме появился чешский танк «Т 38», посланный ускорить наступление.

«Накаркал! – выругался ротный. – Только про танки подумал, они тут как тут».

Однако неожиданная помощь наступающим немецким взводам пользы не принесла.

Командир десятитонного танка «Т 38», немецкий лейтенант, получив приказ протаранить атакующих и ударить как следует, взялся за дело слишком рьяно.

Он пошел напролом, обогнал оба бронетранспортера. Его скорострельная 37 миллиметровая пушка и два пулемета вели непрерывный огонь.

Танк подминал окоп за окопом, а выскакивающие красноармейцы падали под пулеметными очередями. Экипаж вошел в азарт, гордясь смелостью своего командира, который за считаные минуты переломил обстановку.

За танком поспешили оба бронетранспортера и поднялись в атаку штурмовые взводы, нарушив четкий порядок наступления. Неизвестно откуда взявшийся «Т 38» смешал план атаки и влез в гущу обороны четвертой роты.