Отставник 3 (СИ)

Штурман пытался проложить маршрут, но все его попытки хоть как-то учесть множество факторов, будь то подводное течение, сопротивление воды, скорость, заклинившие в невообразимом положении рули не приносили успеха. Не помогала и мощная вычислительная машина — помощник штурмана. Не было в её памяти алгоритмов расчёта такого варианта событий и приходилось считать, разделяя задачи на отдельные составные части, а большую часть вычислений производить вручную, используя обычный калькулятор. Постоянное сканирование радиоэфира, прослушивание морского дна не давали никаких результатов, но на вторую неделю пост акустического контроля доложил:

— Товарищ командир, слева по курсу фиксируются неустановленные шумы! Цель надводная.

— Что значит неустановленные?

— База данных их не распознала. Но шумы не животного происхождения, отчётливо слышен металлический всплеск.

Только успел отзвучать положенное время ревун, как вся лодка содрогнулась от мощного подводного взрыва…

— Командир, это война, — вновь собрались командиры БЧ.

— Знаю, но целей нет. Я вскрыл пакет с кодами пуска ракет, но они устарели. Система пуска на них не реагирует.

— А как же «Периметр»? Почему не было пуска командной ракеты?

— То-то и оно, вопросов больше чем ответов.

— Товарищ командир, разрешите доложить, — в каюту вбежал матрос и, не дожидаясь разрешения, выпалил, — лёгкий корпус пробит, цистерна главного балласта повреждена. Забортная вода заполняет балласт.

И тут все заметили, что лодка медленно кренится с дифферентом на нос…

Прошло без малого два месяца с тех событий. Экипажу с большим трудом удалось сохранять живучесть подводного крейсера. Главный реактор работал, утечки радиации не было, но ход восстановить не удалось, а самое неприятно и что мучило командира — отсутствие связи.

Степан Сергеевич задумчиво крутил в руках наградной пистолет. Его рукоятка приятно лежала в руке, а гравировка на затворе: «Командуешь — не унижай. Подчиняешься — не унижайся.» теребила душу. Впервые мысль покончить с собой пришла к нему после очередной неудачной попытки активации системы запуска баллистических ракет. Конечно, цели с большой долей вероятности устарели, но система даже не пропускала коды для проведения штатной диагностики. Ни старший помощник, ни командир соответствующей БЧ не могли пояснить, почему коды не активируют заложенный алгоритм. Следующим серьёзным ударом стало известие о смерти младшего офицера. Молодой парень, лет двадцати пяти — пилот глубоководного роботизированного комплекса, что неоднократно осуществлял выход и осмотр корпуса лодки. Ладно бы он погиб при исполнении, но нет — он повесился. Его тело нашёл дежурный офицер, что проводил обход лодки.