Обратный отсчет

 — А вы вроде бы хотели пообщаться? Время позволяет — даже если кто-то слышал стрельбу и звякнул, минут пять у вас есть.

— А выводить его из этого «счастливого детства» надо часа три, не меньше, — с сожалением заметил Серега. — Так что уматываем. Нам еще надо запись забрать из дома Кудриных.

— Там камеры, над подъездом. И мы очень некстати там нарисовались.

— Ну, это вы зря так! — осуждающе поджал губы Петрушин. — Надо же было как-то продумать…

— Это мы — «зря»?!! — взвился Серега. — Это мы — «зря»?! Ты посмотри, что вы наворотили!!! Языки вам для чего дадены, дуболомы?!

— Они первыми стволы достали, — понуро вздохнул Петрушин. — Ну и… чисто уже реакция сработала… Нет, я понимаю — нехорошо получилось…

— Да уж — «нехорошо»… Вот это называется съездили, поболтали по душам…

Валера Ростовский. Душой я бешено устал…

Вот эти тупые утренние побегушки добьют меня окончательно. Я «сова», предупреждал ведь! Сова — это ночная птица, у нее весь производственный цикл начинается глубоко во второй половине дня. Утром я люблю поваляться: прежде чем встать, минут десять-пятнадцать бездумно глазею за окно, особенно зимой, наслаждаюсь теплом постели и аутотренингую помаленьку. Знаете, наверное: «Я персик, я персик… я солнышко, на фиг, такое теплое, пушистое солнышко, мать его…» Это такие робкие потуги пробудить в себе добрые чувства и не дать проснуться людоеду. Действительно добрым людям это не надо, а нам, злыдням, насущно необходимо.

Я в свое время перенес много лишений и мытарств и потому умею наслаждаться комфортом. Человеку, который не имеет представления, что такое ночи напролет ползать по грязи, часами лежать, подобно трупу, в засаде и спать на протяжении месяца и более по два-три часа в сутки, и то урывками, а не в один заход разом, трудно понять, что шестичасовой сон в тепле и пятнадцатиминутные утренние потягушки — это верх блаженства.

Добрые старые друзья отняли у меня это блаженство. Я теперь, как на спортивных сборах, подскакиваю в шесть утра, будто ужаленный в причинное место, и, еще не проснувшись, собираюсь на пробежку. За окном темно, пронизывающий мартовский ветер злобно хлопает по стеклу голыми тополиными ветками и треплет полудохлый фонарь… Бррр!!! Только полный идиот будет добровольно бегать в такую погоду!

— Ты куда в такую рань? — спросила мать, когда это случилось в первый раз.

— С чего это? Раньше никогда не бегал…

— А теперь буду. Теперь я целый день буду сидеть за баранкой. Так что это единственная доступная для меня физкультура…

Потом, когда уже разбежался и малость проснулся, понял: получилось все по сценарию, как Вася сказал! Теперь что, у меня вся жизнь будет по какому-то чужому сценарию?

Кстати, Вася мне понравился.