Отрок. Внук сотника

– Заслужил, не заслужил… Гм… Оно конечно… – Дед поднял с пола кувшин со сбитнем, поболтал, прислушиваясь, сколько там осталось, но наливать себе не стал. – Съездить, что ли? Нет, снега вот-вот падут, да и дел не перечесть. Вот дороги просохнут, тогда съезжу. Ладно, Михайла! – дед еще секунду поколебался последний раз и торжественно провозгласил: – Приговариваю: воеводству Погорынскому быть!

Лавр шумно вздохнул и весело подмигнул Мишке. Мишка тоже подмигнул в ответ и только тут почувствовав, как взмок, принялся расстегивать на себе полушубок.

– Ишь разморгались! – Дед и сам не удержал улыбки. – Давай, Михайла, дальше излагай, чего ты там собирался… Не упомню уже.

– Дальше просто: нужны люди, для которых твое воеводство – дело такое же важное, как и для тебя самого, чтобы они за твое воеводство горой встали, если придется, то и с оружием!

– Да где же я таких людей возьму? – дед дурашливо охлопал себя, заглянул по очереди под обе полы кожуха, даже приподнял отстегнутый протез, словно под ним мог кто-то спрятаться. – Или ты опять людей из головы рожать собрался?

– Ага, деда. Из головы! – жизнерадостно согласился Мишка. – Если ты – граф, тебе нужны бароны! Пожалуй десятникам, которым доверяешь, земли в твоем воеводстве и по пятку холопских семей из добычи. Поверстай их в воеводское боярство. Из твоих рук получат, за тебя стоять и будут, а придет время (прости, деда, жизнь есть жизнь) – и за твоего наследника. Потому что нет Лисовиновых на воеводстве – нет ни их боярства, ни земель.

– Кхе… Вот оно как… Лавруха, едрена-матрена… Михайла, ты это…

Зрелище было совершенно удивительное – дед непритворно растерялся.

– Что ж я, как князь? Со своими боярами… Да-а-а… Кхе! Поганец!!! Удивил! Нет, ну как измыслил! Лавруха, ты слыхал? А? Поганец! Умница! Поди сюда, внучек, дай я тебя… Эх, Фролушка бы, покойник, порадовался. Ну как измыслил! Лавруха, да ну его к лешему, этот сбитень, вели… Там у нас в погребе вроде бы пиво еще оставалось, вели принести, и закусить чего-нибудь.

– Деда, кого в бояре-то поверстаешь?

– Ну, придумаем… Потом.

– Сейчас надо решать, – возразил Мишка, – чтобы завтра дядька Лавр мог выбрать, кого из холопов нам оставить, кого твоим боярам пожаловать.

– Кхе! Лавруха, да пошли кого-нибудь за пивом! Ну… Луку можно, Алексея Рябого еще… Люди верные. Кого ж еще-то?

– Может, Игната? – предложил Мишка.

– Зато верность проявил, – поддержал племянника Лавр, – и ратники его десятником выбрали.

– Ну, допустим, – неохотно согласился дед. – Трое выходит. Эх, мало верных людей.

– А Тихона? – попытался пополнить список Мишка.

– Да он, может, еще и с десятком не управится, – отмахнулся дед. – Нет, рано, потом, может быть.

– Значит, трое. Четвертая – Нинея.