Черный Отряд

Мужества у колдуна было не больше, чем у червя. Он дрожал как осиновый лист.

– Это она, – заметил Кордит.

Лебедь кивнул. Он усмехнулся, но предпочел промолчать. Она создает войско – и самое организованное из тех, что ему приходилось видеть.

Они сошли с возвышения, откуда обозревали лагерь.

– Мы заглянем туда? – Нож держал колдуна за рукав, словно боялся, что тот даст деру.

– Нет пока. Я хочу обойти кругом, разведать южнее. Место, где они побили людей Хозяев Теней, должно быть недалеко отсюда. Хочу осмотреть, если, конечно, удастся его найти.

– Как думаешь, они знают, что мы тут? – спросил Корди.

– Что? – Эта мысль испугала Лебедя.

– Ты же сказал, что у них организовано все на высшем уровне. А Госпожа всегда отличалась предусмотрительностью. Она наверняка выставила пикеты.

Лебедь поразмыслил над замечанием друга. В лагерь никто не входил, никто и не покидал его, но в словах Махера было рациональное зерно. Если им хотелось остаться и дальше незамеченными, то следовало двигаться.

– Ты прав. Нож, ты тут уже бывал? Где лучше всего пересечь ручей, не знаешь?

Нож кивнул. Это он вел партизан по пятам за войском Хозяев Теней в те тяжкие времена, когда Черный Отряд еще не взял дело в свои руки.

– Тогда пошли. Копченый, приятель, много бы я дал, чтоб узнать, в какую сторону ворочаются шарики в твоей башке. В жизни не видел таких трясогузок, как ты.

Колдун не ответил.

Нож нашел что-то вроде брода в трех милях к востоку от южной дороги, провел их через лес тропой еще более узкой, чем ожидал Лебедь. Дойдя до южного края леса, Нож заметил:

– Дорога в двух милях отсюда. Так я и думал. Там и следует искать наших мертвецов. – Небо было темным от птиц.

Они нашли это место.

Неподвижный воздух был пропитан ядовитыми миазмами. Лебедь и Махер, почувствовав тошноту, так и не смогли подойти поближе. Но Нож, казалось, был совершенно невосприимчив к вони. Через некоторое время он вернулся.

– У тебя больной вид, – произнес Лебедь.

– Там не на что смотреть – одни кости. Прошло много времени. Человек двести или триста. Теперь точно не скажешь. Звери обглодали их. Да, одна маленькая деталь. У них нет голов.

– Что?

– Голов, говорю, нет. Кто-то их отрезал."

"Копченый застонал, затем его вырвало. Жеребец под ним испуганно шарахнулся.

– Нет голов? – переспросил Лебедь. – Я что-то не понимаю.

– Я, кажется, понял. Пошли, – сказал Махер и направил свою лошадь на юг, к тому месту, где кружили, сварливо ругаясь и время от времени падая камнем вниз, вороны.

Они нашли головы.

– Хотите посчитать? – спросил Нож. И хмыкнул.

– Нет. Давайте заглянем к нашим друзьям.

Копченый издал протестующий возглас.

– Тебе все еще хочется прошвырнуться с твоей гордой красоткой?

Лебедь парировал не сразу:

– Я, кажется, начинаю понимать Копченого.