Черный Отряд

И потерпели ужасное поражение. Все их усилия, помимо того, что выявили его замыслы, принесли лишь одну пользу. Они дали мне возможность ввести в ряды противника вот этот самый источник. Переживший все остальные.

— Значит, при следующей встрече и у нас будет повод осмеять его.

— Возможно. Если это будет уместным. Его стараниями выяснилось одно обстоятельство. С ними — Доротея Сенжак.

Последовало продолжительное молчание. Наконец тот, кто говорил реже всех прочих, заметил:

— Одно это уже объясняет, отчего наш друг тайно посылал людей на север. Как он жаждет обладать ею!

— Есть тому и не столь очевидные причины, — отвечала женщина. — Ее связь с Капитаном Отряда. Она была бы весьма полезна, если связь сильна настолько, чтобы быть рычагом давления на Капитана.

— Ее следует убить при первой же возможности.

— Нет! Мы должны взять ее в плен. Если он мог бы ее использовать, то же можем и мы. Вспомните, что она знала и кем была. Она может хранить ключ к избавлению мира от него и к закрытию врат. Возможно, она потеряла силу, но не память.

Молчаливый расхохотался. Смех его был столь же безумен, как тот, что звучал им вослед в Вершине. Ему пришло в голову, что воспоминаниями Доротеи Сенжак может воспользоваться каждый. Каждый!

Женщина узнала смех и, понимая, что происходит в сознании Молчаливого, решила: отныне ей и ее компаньону следует быть вдвойне осторожными. Однако пока что она, сделав вид, что не замечает ничего, спросила своего спутника:"

"— Ты связался с тем, на болотах?

— Он ничего не желает знать ни о нас, ни о наших заботах. Он доволен своей зловонной, сырой, игрушечной Империей. Однако он придет.

— Хорошо. Значит, все согласны? Мы утверждаем новый план?

Все согласно кивнули.

— Я разошлю приказы немедля.

Глава 33. Таглиос. Пьяные колдуны

День уже не был добрым, к заходу солнца лучше не сделался, потому что солнце — и то закатилось. Лучшую новость принес Жабомордый, доложивший, что Зиндаб наконец-то пришел в Веджагедхью. Но за этой новостью незамедлительно последовала и худшая: материала для фортификаций нет. Значит, кроме рва, укреплений не будет.

Но при таком мокром грунте стенки рва обрушатся…

Ох-хох-хо… Если уж боги на тебя ополчились, то добра вовсе не жди. Сколько ни трепыхайся на крючке, не поможет.

Я уже готовился рухнуть в койку, но тут в спальню мою ворвался Мурген. От усталости у меня двоилось в глазах, и два Мургена вовсе не делали вселенную краше.

— Что еще?! — зарычал я.

— Пожалуй, большая беда. Гоблин с Одноглазым — у Лебедя в пивной, оба в жопу пьяные, и кажется, вот-вот начнут. Не нравится мне это.

Я встряхнулся, предвкушая очередную бессонную ночь. Неприязнь их слишком уж застоялась и вполне могла вырваться из-под контроля.

— Что они делают?

— Пока все как обычно.