Черный Отряд

 — Ему что-то нужно. Скажи ему, пусть переходит к делу.

— Лебедь? Это и вправду было бы неплохо.

Тот продолжал переводить:

— Но вчерашний ужас сегодня не значит ничего. Вы не похожи на давних фанатиков. Это вы сейчас показали на реке. И Трого Таглиос ни перед кем не склонится. Если эта чума с юга страшится банды грабителей, он склонен забыть старые счеты и объединиться с принадлежащими его времени. Если и сами вы забудете.

Я ни сном ни духом не понимал, о чем это он.

— Костоправ! — зарычала Госпожа, как-то уловив, что кроется в моей голове, еще до того, как мысль моя успела оформиться. — У нас нет времени на удовлетворение твоего любопытства насчет прошлого! Здесь что-то происходит. Держись ближе к этому, пока в наши задницы не запустили из пращи!

Она определенно становится одной из нас!

— Лебедь, ты вообще-то представляешь, на каком мы свете? Ты ведь не считаешь, что мы верим в случайность встречи с тобой и той женщиной? Давай-ка поговорим попросту.

* * *Конечно, попросту заговорили не сразу. Стало совсем темно, взошла луна. Все выше и выше карабкалась она в небо… Прислуга аллеи окончательно потеряла терпение, однако просить владетельного князя слинять поскорей не позволяла хотя бы простая человеческая вежливость. Те же, кто пришел посмотреть на нас, понятное дело, не желали раньше нас покидать аллею.

— Определенно, здесь что-то происходит, — шепнул я Госпоже. — Только вот — как же вытащить из него, что именно?

Прабриндрах преуменьшал все, о чем рассказывал, но присутствие отцов города прямо-таки вопило: Таглиос вплотную приблизился к опаснейшему распутью. Подтекст услышанного мною я определил так: князь хочет плюнуть в лицо несчастью.

— Давно, — попытался объяснить Лозан, — никто не может точно сказать, когда именно, потому что никто не старался уточнять — в городе под названием Питиус, что в четырехстах милях к юго-востоку, появилась, так сказать, Тьма. Никто и не почесался. Затем она распространилась на Траджевец и Кьяулун, каковые были весьма важны, и на Секст с Фридом. Тут все вдруг всполошились, но было уже поздно. Громадным куском страны стали править четверо колдунов, которых спасшиеся назвали Хозяевами Теней. Пунктик у них был насчет Тени. Траджевец переименовали в Бесплотие, а Кьяулун — в Тенелов, а в наши дни почти все называют их Империю Страной Теней…

— Ты наконец объяснишь, каким образом все это касается нас?

— Примерно через год после завоевания тех городов, ни разу не воевавших с самого Хатоварского террора, Хозяева Теней вооружили население и принялись за обычные имперские игры. За год своей власти они захватили большую часть земель, лежащих между южной границей Таглиоса и краем карты.

— Кажется, улавливаю, — сказала Госпожа, чье лицо мрачнело прямо на глазах.

— Я тоже.