Черный Отряд

То же самое чувствуешь, вернувшись после долгих странствий в родной дом. Я взглянул на Госпожу. Лицо ее светилось тем же, что чувствовал я, и это тронуло мое сердце.

* * *— Вот здесь я мог бы уйти на покой, — сказал я ей на второй день нашего отдыха.

Вымывшись в первый раз за последние несколько месяцев, мы вышли на прогулку в сад, никогда не видавший битв серьезнее воробьиных драк.

Она слегка улыбнулась в ответ и из вежливости не пустилась в рассуждения об иллюзорной природе мечтаний.

Здесь нашлось все, чего бы я только мог пожелать. Комфорт. Покой. Изолированность от язв мира. Цель. Громадное количество исторических материалов для утоления моей охоты разобраться, что и как происходило в прошлом.

И, самое главное, освобождение от ответственности. Каждый новобранец, казалось, удваивал тяжесть моего бремени — всех нужно накормить, содержать в полном здравии, следить, чтобы не попали в беду…

— Воронье, — пробормотал я.

— Что?

— Везде воронье, куда мы ни приходим. Может быть, я просто начал замечать их пару месяцев назад, однако везде, где мы идем, я вижу ворон. И никак не могу избавиться от чувства, что они следят за нами.

Взгляд Госпожи сделался озадаченным.

— Вон, взгляни. Вон на той акации. Целых две: расселись, словно черные вестники несчастья.

Взглянув на дерево, Госпожа посмотрела на меня еще более озадаченно.

— Но… — С этими ее словами одна из ворон взмыла в воздух и скрылась за монастырской стеной. — Там нет никаких…

— Костоправ! — Сквозь сад, распугивая птиц и белок, забыв о всяких приличиях, к нам ломился Одноглазый. — Эй, Костоправ! Угадай, что я нашел! Списки Летописи с тех дней, когда мы проходили здесь, направляясь на север!"

"Ну и ну. Усталому, старому разуму не подыскать подходящих слов. Восхищение? Пожалуй. Экстаз? Вы уж поверьте, почти сексуальное возбуждение обуяло меня в эту минуту. Мои чувства сосредоточились примерно так же, как если бы особо желанная женщина вдруг ответила взаимностью.

Несколько старейших томов Летописи потерялись либо пришли в негодность за многие годы. Некоторые из них я никогда не видел и даже не надеялся увидеть.

— Где? — выдохнул я.

— В библиотеке. Один монах решил, что тебе будет интересно. Не помню, как мы оставляли их здесь по дороге на север, но ведь тогда я вообще не шибко интересовался такими вещами. Тогда мы с Там-Тамом только назад успевали оглядываться.

— Пожалуй, мне будет интересно… Определенно — будет.

Здесь куртуазность изменила мне. Я сбежал от Госпожи, даже не буркнул: «Извини».

Хотя, возможно, я был вовсе не так увлечен, как старался изобразить.

И, когда понял, что сделал, почувствовал себя полным ослом.

* * *Чтение этих списков потребовало работы коллективной.