Черный Отряд

Когда он покинул пределы слышимости, она спросила:

— Это означает, что нашей дружбе — конец? После того как я приму вашу чертову присягу?"

"— Ты полагаешь, я перестал быть другом всем остальным, когда они выбрали меня капитаном?

— Да, пожалуй. Не много я слышала разных «так точно, сэр», «никак нет, сэр» и «слушаюсь, сэр».

— Однако они выполняют то, что сказано, когда видят, что я говорю серьезно?

— Нельзя не признать.

— Разве что Одноглазый с Гоблином изредка нуждаются в уговорах. Ну, так как? Ты собираешься поступать на службу?

— А у меня есть выбор? Ублюдок ты, Костоправ…

— Конечно, есть. Возвращайся со своими людьми и продолжай быть Госпожой.

Лейтенант тем временем поговорил со своими, и идея прогулки на юг оказалась менее популярной, чем я ожидал. Большая часть отряда выстроилась лицом на север еще до того, как он кончил говорить.

Наконец он подъехал к нам с шестью людьми, пожелавшими отправиться с нами. Себя он в эту группу не включил. Очевидно, совесть подсказала ему, как избежать того, что он минуту назад полагал своей обязанностью.

Я наскоро опросил людей. Похоже, тем в самом деле было интересно идти с нами. Тогда я зачислил их в Отряд и привел к присяге, устроив из этого представление специально для Госпожи. Насколько помню, прежде ни с кем не обходились столь формально.

Шестерых я передал Маслу с Ведьмаком на предмет распределения между собой. Одного же приберег для себя. Позже, когда мы узнаем, как они хотят называться, я внесу их имена в Летопись.

Госпожа пожелала и впредь называться Госпожой — все равно это на всех языках, за исключением одного, звучит совсем как имя.

А с дерева неподалеку за всем этим спектаклем наблюдала ворона…

Глава 10. Хозяева Теней

Несмотря на солнечный день и целую дюжину полукруглых окон, здесь, где собралась Тьма, было тускло.

В центре просторного зала мерцал бассейн расплавленного камня, озаряя кровавым светом четыре фигуры, покоящиеся в воздухе, в нескольких футах над полом. Обращенные лицом друг к другу, они образовывали равносторонний треугольник — одну из вершин его занимали двое. Эти двое зачастую объединялись. Были они союзниками и теперь.

Все четверо долго воевали друг с другом по одиночке — и без видимой пользы. Сейчас они заключили перемирие.

Вокруг каждого ползали, вились, плясали Тени, а посему различимы были лишь смутные, неопределенные очертания фигур. Все четверо предпочли скрыться под черными балахонами и черными масками.

Наименьший, один из двоих объединившихся, нарушил вот уже час царившую в зале тишину:

— Она идет на юг. Те, кто служат ей и до сих пор носят несмываемое клеймо ее, идут с ней. Они переплыли море. Они несут с собой могущественные талисманы. И путь их делят с ними те, кто посвятил свои судьбы черному знамени.