Черный Отряд

Во плоти она появилась незадолго до заката. Гнев ее еще не улегся. Из болтовни стражников я узнал, что Шепот тоже отослали на равнину. Там шли серьезные бои. Остальные Взятые справиться не могли.

– Покажи им, Душечка, – бормотал я. – Устрой им кровавую баню.

Я старательно готовился встретить любую судьбу, какую бы для меня ни приготовили на складе ужасов рока.

Сразу после заката стражники вытащили меня из камеры. Ворона тоже. Вопросов я не задавал – все равно не ответят.

На центральном дворе крепости лежал ковер-самолет Госпожи. Солдаты положили Ворона на ковер, привязали. Мрачный сержант взмахом руки приказал мне залезать. Я послушался, удивив его тем, что знал, как это делать. Сердце мое трепыхалось в пятках. Я знал, куда мы полетим.

В Башню.

Ждал я полчаса. Наконец она пришла. Она показалась мне задумчивой. Я бы даже сказал, взволнованной и неуверенной. Она заняла свое место на головном конце ковра, и мы взлетели.

Полет на ките намного удобнее и меньше треплет нервы. Летучий кит обладает массой, размерами.

Мы поднялись на тысячу футов и двинулись на юг, делая вряд ли больше трех десятков миль в час. Перелет будет долгим, если только нам не предстоят остановки.

Где-то через час Госпожа обернулась ко мне. В темноте я едва мог различить черты ее лица.

– Я побывала в Курганье, Костоправ, – сказала она.

Я промолчал, не зная, чего от меня ждут.

– Что вы сделали? Кого освободили ваши колдуны?

– Никого.

Она посмотрела на Ворона.

– Возможно, путь есть. – И после паузы: – Я знаю того, кто вырвался на свободу… Спи, лекарь. Поговорим в другой раз."

"И я заснул. А проснулся уже в другой камере. По мундирам стражников я понял, что новой моей тюрьмой стала Башня в Чарах.

Глава 39. Гость в Чарах

За мной пришел полковник из личной охраны Госпожи. Он был почти вежлив. Ее слуги постоянно затруднялись определить мой статус. Бедняги. В их иерархический порядок я никак не вписывался.

– Она требует вас, – сообщил полковник. С ним была дюжина солдат. На почетную гвардию мало похоже. Но и на палачей они не смахивали.

Впрочем, какая разница? Я пойду с ними, иначе им пришлось бы меня тащить.

Выходя из комнаты, я обернулся. Ворон был еще жив. Полковник проводил меня до дверей во внутренней Башне, которая стоит в недрах Башни наружной; не многие бывали здесь, а еще меньше отсюда возвращались.

– Идите, – сказал он. – Я слыхал, вам тут доводилось бывать. Вот и ступайте.

Я шагнул за порог. Обернувшись, я увидел только глухую стену. На мгновение у меня закружилась голова, потом это прошло, и я оказался совсем в другом месте. Ее силуэт вырисовывался на фоне окна, хотя покои Госпожи находятся в самой середине Башни.

– Подойди.

Я повиновался. Госпожа указала в не-окно. Я выглянул, там полыхал город.