Черный Отряд

Казалось, ее занимало мое побочное ремесло анналиста. Еще тогда она потребовала, чтобы я записывал события в точности так, как они происходили. Не ради чьего-то одобрения. Так я и делал, с поправкой на свои предубеждения.

– Вздымается жар на перекрестке, лекарь. Твоя Белая Роза искусна. Ее атака на Хромого – сильный удар. Но незаметный в больших масштабах. Ты не согласен?

Как мог я спорить? Я молча кивнул.

– Как, без сомнения, сообщили ваши шпионы, пять армий стоят лагерем, готовые очистить равнину Страха. Эта земля необычна и непредсказуема, но моих сил она не выдержит.

И снова я не мог спорить – я ей верил. Я мог только подчиниться многократно повторенному приказу Душечки: выигрывать время.

– Ты будешь удивлена.

– Возможно. В мой план включены и неожиданности. Выходи из своих холодных пустошей, Костоправ. Приди в Башню. Стань моим летописцем.

Большего искушения в общении со мной она никогда раньше себе не позволяла. Она обращалась к той части меня, которую я и сам не понимал, части, готовой предать давних друзей. Если я пойду, то так много узнаю. Получу столько ответов.

– Вы сбежали от меня к мосту Королевы.

Шея моя горела. За время нашего многолетнего бегства войска Госпожи несколько раз настигали Отряд. У моста Королевы нам пришлось хуже всего. Там полегла сотня наших братьев. И, к стыду своему, я оставил там Анналы, зарытые на речном берегу. Бросил четыре сотни лет истории Отряда.

Мы не смогли унести все. Те бумаги, что лежат сейчас в Дыре, были ключом к выживанию. И вместо Анналов я взял с собой их. Но я часто испытываю приступы вины. Я должен ответить перед духами давно ушедших братьев. Анналы и есть Черный Отряд. Пока существуют они – Отряд жив.

– Бежали, сбежали и будем сбегать. Так предрешено.

Она улыбнулась – я позабавил ее.

– Я читала твои Анналы, Костоправ. И новые, и старые.

Я подкинул сушняка на угли костра. Не сплю…

– Они у тебя?

До сих пор я подавлял вину обещаниями когда-нибудь их вернуть.

– Их нашли после боя. Они попали ко мне. Мне понравилось. Ты честен, как подобает историку.

– Спасибо. Я стараюсь.

– Приди в Чары. В Башне для тебя найдется место. Отсюда ты сможешь видеть всю картину мира.

– Я не могу.

– Я не сумею защитить тебя здесь. Если останешься, с тобой случится то же, что и с твоими друзьями-мятежниками. Эту кампанию ведет Хромой. Я не вмешиваюсь. Он уже не тот, что был. Ты причинил ему боль. А потом он претерпел боль снова, чтобы спастись. Он тебе не простил этого, Костоправ.

– Знаю. – Сколько раз она употребила мое прозвание? За все наши предыдущие разговоры она произнесла его единожды.

– Не позволь ему схватить тебя.

В глубине моей души блеснул осколок чувства юмора.

– Ты неудачница, Госпожа моя.

Она отшатнулась.

– Я, дурак, записывал в Анналы свой романтический бред.