Черный Отряд

– Сюрприз!

Мир ожил. Ворчливость сгинула.

– Шаб!

Боманц кинулся к Шаблону, могучие руки сына сдавили его.

– Уже здесь? Мы ожидали тебя только на следующей неделе.

– Я рано уехал. А ты толстеешь, пап. – Шаблон включил и Жасмин в тройное объятие.

– Все стряпня твоей мамы. Времена хорошие, едим регулярно. Токар был… – Мелькнула блеклая уродливая тень. – А как ты? Отойди-ка, дай на тебя глянуть. Когда уезжал, ты был еще мальчишкой.

И Жасмин:

– Ну разве он не красавец? Такой высокий и здоровый! А одежка-то какая! – Насмешливая забота: – Ни в какие темные дела, часом, не впутался?

– Мама! Ну куда может впутаться младший преподаватель? – Шаблон встретился взглядом с отцом и улыбнулся, как бы говоря: «А мама все та же».

Двадцатипятилетний Шаблон был на четыре дюйма выше отца и, несмотря на свою профессию, сложен хорошо – скорее авантюрист, чем будущий профессор, как показалось Боманцу. Конечно, времена меняются. С его университетских дней прошли эпохи. Быть может, стандарты изменились.

Боманц вспомнил смех, и шутки, и ужасно серьезные полночные диспуты о значении всего на свете, и бес тоски укусил его. Что сталось с тем хитроумным, лукавым юнцом? Какой-то незримый стражник рассудка заключил его в кургане на задворках мозга, и там он лежит в мертвом сне, пока его место занимает лысый, мрачный, толстобрюхий гном… Они крадут нашу юность и не оставляют нам иной, кроме юности наших детей…

– Ну, пойдем. Расскажешь нам о своих исследованиях. – «Кончай лить слезы над собой, Боманц, старый ты дурак». – Четыре года, а в письмах одни прачечные да споры в «Дельфине на берегу». Еще бы не на берегу – в Весле-то. Хотел бы я перед смертью увидеть море. Никогда не видал. – «Старый дурак. И это все, на что ты способен – мечтать вслух? Интересно, будут ли они смеяться, если сказать им, что в глубине души ты еще молод?»

– У него бред, – пояснила Жасмин.

– Это кто тут, по-твоему, впал в маразм? – возмутился Боманц.

– Папа, мама – дайте мне передохнуть. Я только что приехал.

Боманц глубоко вдохнул.

– Он прав. Мир. Тишина. Перерыв. Шаб, ты судья. Знаешь, боевых коней вроде нас нелегко отучить.

– Шаб обещал мне сюрприз прежде чем ты спустился, – сказала Жасмин.

– Ну? – осведомился Боманц.

– Я помолвлен. Скоро женюсь."

"«Как так? Это мой сын. Мое дитя. На прошлой неделе я менял ему пеленки… Время, ты – безжалостный убийца, я чую твое ледяное дыхание, я слышу гром твоих железных копыт…»

– Хм. Юный глупец. Извини. Ну так расскажи о ней, раз больше ни о чем говорить не можешь.

– Расскажу, если смогу вставить хоть слово.

– Помолчи, Боманц. Расскажи о ней, Шаб.

– Да вы уже кое-что знаете, наверное. Она сестра Токара, Слава.

Желудок Боманца рухнул куда-то в пятки. Сестра Токара. Токара, возможного воскресителя.