Черный Отряд

Лейтенант утверждал, что самолично узнал покойного сквозь пламя погребального костра, взметнувшегося в небо в то самое утро, когда причалил корабль. Именно во время похорон он встретил Душечку и привел ее назад под опеку Черного Отряда.

Что я могу сказать? Если даже Душечка поверила, значит, это правда. Ворон никогда ей не лгал.

Через девятнадцать дней после нас в Трубу прибыло пополнение, объяснявшее туманную реплику Госпожи о том, что она, мол, допросила только тех, кого сумела найти в Арче после своего возвращения.

Ильмо прискакал во главе отряда из семнадцати человек, в основном «стариков», которых он увел из Арчи, когда оттуда слиняли все Взятые, кроме Странника, а Странник пребывал в такой растерянности из-за противоречивых приказов Госпожи, что даже не осмелился доложить ей о событиях в Медополе. Ильмо следовал за мной вдоль побережья."

"Итак, за два года Черный Отряд пересек целый континент, от самой восточной точки до самой западной, прошагав почти четыре тысячи миль и чуть было не погибнув, – но уцелел и обрел новую цель и новую жизнь. Мы стали солдатами Белой Розы: мы, по прихоти насмешницы судьбы, стали ядром той силы, что, согласно легенде, должна была свергнуть власть Госпожи.

Я не верил в это ни секунды. Но Ворон рассказал Душечке, кто она такая, и она, по крайней мере, была готова сыграть свою роль.

Что ж, попытка не пытка.

Сидя в капитанской каюте, я поднял бокал вина. Ильмо, Молчун, Одноглазый, Гоблин, Лейтенант и Душечка подняли свои. Люди наверху готовились к отплытию. Ильмо притащил с собой отрядную казну, так что мы могли не работать. Я провозгласил тост:

– За двадцать девять лет!

Двадцать девять лет. Согласно легенде, именно тогда вернется Великая комета и фортуна снова улыбнется Белой Розе.

– За двадцать девять лет! – откликнулись они хором.

Мне почудилось, будто я уловил краем глаза еле заметный золотистый блик, излучавший еле заметную насмешку.

Глен Кук

Белая роза

Глава 1. Равнина Страха

Для Нэнси Эдвардс, просто так.

Неподвижный воздух пустыни действовал как линза. Всадники, казалось, застыли, двигаясь и не приближаясь. Мы пересчитывали их по очереди, и никому не удавалось получить одно и то же число два раза подряд.

Легкий ветерок простонал в кораллах, шевельнул листья Праотца-Дерева, и те зазвенели эоловыми колокольцами. За северным горизонтом полыхнула молния перемен – точно отблеск дальней схватки богов. Хрустнул песок. Я обернулся. Молчун изумленно пялился на появившийся за последнюю пару секунд говорящий менгир. Каменюги подлые. Им бы все веселиться.

– Чужаки на равнине, – сказал менгир. Я подскочил. Камень хихикнул. Жутче менгиров только сказочные бесы хихикают. Тихо рыча, я спрятался в тень камня.

– Жарко.