Черный Отряд

Как всегда, на нас во все глаза глядели утренние торговцы – не столько потому, что мы прибыли из Арчи, сколько потому, что Одноглазый был им в диковинку. В Медополе никогда не видели чернокожих. А большинство населения о них и не слыхало.

Шишка повел нас по извилистым улочкам.

– Я думаю, он прячется в той же дыре, где и раньше. Район этот ему знаком. К тому же он не больно сообразительный и поэтому не сбежит из города, прослышав о вашем приезде. Наверняка решит отсидеться, пока мы не смотаемся. Он же понимает, что нам тут оставаться нельзя."

"Доводы Шишки звучали разумно. И вскоре подтвердились на все сто. Он расспросил нескольких знакомцев, с которыми повстречался раньше, выполняя свое задание, и быстро выяснил, что Аза действительно скрывается где-то в районе. Только никто не знал в точности где.

– Сейчас узнаем, – заявил Одноглазый.

Он забрался на какое-то крылечко и продемонстрировал несколько дешевых трюков, сплошь трескотня да вспышки. Это привлекло внимание местных сорванцов. Улицы Медополя кишат ими в любое время суток.

– Давайте-ка исчезнем, – предложил я остальным, не желая пугать пацанов.

Мы отошли подальше, и вокруг Одноглазого мигом собралась целая толпа. Он, как всегда, привел публику в восторг.

Через пятнадцать минут он догнал нас, сопровождаемый эскортом уличных мальчишек.

– Адрес есть, – сказал Одноглазый. – Мои маленькие друзья нас проводят.

Порой он меня просто изумляет. Я готов был поклясться, что Одноглазый терпеть не может детей. Ведь когда он о них вспоминает – не чаще раза в год, – то неизменно в одном и том же смысле: вкуснее ли они поджаренные или же вареные.

Аза затихарился в дыре, типичной для трущоб всего мира. Настоящее раздолье для крыс и пожаров. Похоже, богатство не изменило его привычек – в отличие от старины Шеда, которому деньги мочой бросались в голову.

В норе был всего лишь один выход – он же вход. Ребятишки просочились за нами. Мне это не понравилось, но что я мог поделать?

Мы ввалились в берлогу, которую Аза считал своим домом. Хозяин дома дрыхнул в углу на соломенном тюфяке. Рядом в луже блевотины лежал какой-то пьянчуга, от которого разило винищем. Аза похрапывал, свернувшись калачиком.

– Пора вставать, солнышко. – Я легонько тряхнул его.

Он напрягся под моей рукой. Распахнул глаза – и они мгновенно наполнились ужасом. Я придержал его, когда он попробовал вскочить.

– Со свиданьицем!

Он беззвучно хватал воздух ртом.

– Успокойся, Аза. Мы тебя не тронем. Мы просто хотим, чтобы ты показал нам, где погиб Ворон. – Я убрал руку.

Он медленно перевернулся, глядя на нас, как кот, загнанный собаками в угол.

– Вы, ребята, вечно от меня «просто» чего-то хотите!

– Будь паинькой, Аза. Мы не хотим причинять тебе зла. Но можем, если придется.